Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет: Искусство и Антиквариат»
Британский историк искусства Эндрю Грэм-Диксон заявил, что прототипом для картины Яна Вермеера «Девушка с жемчужной серёжкой» могла быть Магдалена ван Рюйвен — дочка главных покровителей художника. Её родители, Питер ван Рюйвен и Мария де Кнуйт, активно помогали Вермееру и заказывали у него картины.
По мнению Грэм-Диксона, на момент создания полотна в 1665 году Магдалене было около 10 лет. Он обращает внимание, что семья ван Рюйвенов относилась к ремонстрантам — это такое течение в голландском протестантизме, где подражали жизни апостолов и их последовательниц, включая библейскую Марию Магдалину. Историк уверен: задумчивый и чувственный взгляд девушки на портрете направлен к фигуре Спасителя, а сам портрет — символически значим для религиозных обрядов семьи.
Кроме того, известно, что Вермеер сам вырос в среде ремонстрантов и разделял убеждения этой группы, а работал художник почти исключительно на Марию де Кнуйт. Она же и оставила ему крупное наследство. Особое значение приобретает тот факт, что в 1667 году, когда Магдалене должно было исполниться 12 лет, она готовилась "посвятить себя Христу" — событие, которое было традиционным для этого религиозного течения, и, по мнению эксперта, картина могла быть создана именно к этому событию.
Однако другие искусствоведы спорят с этой теорией. Например, автор книги «Muse: Uncovering the Hidden Figures Behind Art History’s Masterpieces» Рут Миллингтон указывает: не обязательно «Девушка с жемчужной серёжкой» — это чей-то портрет. По её словам, Вермеер писал так называемую «тронию» — это художественный прием, где рисуют не конкретную модель, а некий идеальный образ девушки. Миллингтон считает, что именно загадочность картины и стала ее главной привлекательностью.
Стоит напомнить: полотно 1665 года стало популярно не только среди искусствоведов, но и у широкой публики после публикации одноимённого романа Трейси Шевалье и известного фильма 2003 года. Там роль загадочной девушки сыграла актриса Скарлетт Йоханссон, хотя в кинематографической версии она — скромная служанка, а не наследница богатой семьи.
Недавно специалисты галереи Маурицхёйс (Гаага), где хранится шедевр, провели масштабное исследование картины. Реставраторы выяснили: у девушки на картине есть ресницы, а фон — это не просто тёмное пятно, а тщательно прописанная зелёная ткань со складками.
Всё как всегда: у шедевра Яна Вермеера – неутомимая схватка историков за право назвать натурщицу. Грэм-Диксон, карьерный следопыт британской арт-сцены, выдвигает очередную оригинальную идею: вдруг это маленькая Магдалена, любимая дочка влиятельных ван Рюйвен? Тут же тонким венчиком намазывают религиозный контекст – ремонстранты, священные обряды, мистическая преданность Спасителю. Хорошо ложится на уши, тем более для публики, уставшей от банального «просто портрет». Эксперт-конкуренты, не желая отставать в гонке за интеллектуальной сенсацией, мрачно возвращают дискуссию к понятию «трония» – или, простыми словами, идеальный собирательный портрет без прототипа.
По правилам жанра — ни одного однозначного ответа. Все новые детали, типа ресниц и складок ткани на фоне — будто их вчера добавили реставраторы по заказу пиарщиков галереи. Забавно, что роман с обвальной популярностью и глянцевое кино с Йоханссон переписывают историю на манер семейной сказки с доброй Золушкой. В итоге, секрет картины вращается между обществом реконструкторов прошлого, режиссёрами-альтернативщиками и хранителями музейной пыли. Всё равно в финале выигрывает не истина, а способность продавать загадку снова и снова. Такие дела.