Пентагон собрал тайный цех технодиверсий — и не спешит объяснять, кто за ним присматривает
В Пентагоне, по данным Politico, тихо создали новое подразделение для противодействия зарубежным технологическим программам, которые могут угрожать превосходству США. Его название — Information on the Technology Support Office (TSO), то есть офис поддержки информации о технологиях. По звучанию это почти служба техподдержки, но задачи у неё куда менее безобидные: помогать американским военным скрытно нарушать работу иностранных технологических проектов.
TSO появилось в апреле в результате объединения двух засекреченных разведывательных программ Пентагона, действовавших с 2023 года. По словам нынешних и бывших американских чиновников в сфере национальной безопасности, новое ведомство должно расширить такие тайные операции на глобальном уровне.
Инициаторами создания TSO собеседники Politico называют заместителя министра обороны США Стива Файнберга и его старшего советника Тома Ракусана. До этого Файнберг возглавлял Консультативный совет Белого дома по разведке в первый президентский срок Дональда Трампа. Ракусан давно связан с тайной службой ЦРУ.
Подразделение должно противодействовать угрозам США, среди которых чиновники называют вредоносное применение искусственного интеллекта, беспилотники, робототехнику и другие новые технологии. Предполагаемые методы — те же, которые противники США используют против них: кибератаки, сбои в цепочках поставок и дезинформационные операции.
Некоторые собеседники Politico поддерживают создание TSO. По их мнению, мир вступает в более непредсказуемую и технологически развитую эпоху, а для масштабного ущерба теперь требуется гораздо меньше усилий. Один бывший высокопоставленный сотрудник разведки Пентагона назвал создание офиса необходимым возвращением внимания правительства к такого рода операциям.
Другие чиновники сомневаются, что за TSO установлен достаточный контроль. Один бывший высокопоставленный представитель Пентагона спросил, кто утверждает операции, кто за ними наблюдает и кто получает доступ к информации, чтобы американцы могли быть уверены: действия ведомства соответствуют заявленным ценностям и не станут источником серьёзных проблем через несколько лет.
По сведениям Politico, TSO не может самостоятельно проводить операции. Оно разрабатывает и закупает средства для нарушения деятельности иностранных противников, привлекая инженерные команды, спецподразделения и разведчиков. Кроме того, офис должен связывать между собой другие программы Пентагона и собирать в одном месте одобренные инструменты киберсаботажа, которыми смогут пользоваться другие подразделения.
Секретность здесь работает в обе стороны. Чем меньше людей знают о деятельности TSO, тем легче сохранять операции в тайне, но тем труднее обеспечить контроль. В Пентагоне опасаются, что без прозрачных правил офис может выйти за пределы своих полномочий. При этом полноценный надзор Конгресса, как опасаются некоторые чиновники, способен раскрыть слишком много сведений о его работе. Один действующий сотрудник американской службы национальной безопасности предупредил: в засекреченной сфере особенно легко скрывать информацию или направлять наблюдателей по ложному следу.
На вопрос Politico о TSO и его задачах заместитель пресс-секретаря Пентагона Джейкоб Блисс ответил, что запрос основан на сведениях, которые «просто не соответствуют действительности». По его словам, источники издания либо плохо информированы, либо намеренно вводят журналистов в заблуждение, чтобы распространять фантазии.
Опасения по поводу превышения полномочий американскими спецслужбами имеют исторические основания. Предшественник Агентства национальной безопасности — «Чёрная палата» — принуждал телеграфные компании незаконно передавать иностранные сообщения. Проект SHAMROCK продолжил сбор телеграфных данных, проходивших в США и из США.
Во второй половине XX века программы COINTELPRO включали дезинформацию, слежку внутри страны, незаконные заключения и политические убийства. Позже вопросы вызывали масштабы наблюдения в рамках закона PATRIOT Act и закона CALEA. История не доказывает, что TSO повторит эти злоупотребления, но объясняет, почему его полномочия и надзор стали предметом спора.
PEREC.RU
У государства есть старый соблазн: если инструмент можно спрятать за грифом секретности, значит, им будто бы можно пользоваться без долгих разговоров. Сначала его описывают как необходимую защиту, затем выясняется, что границы полномочий — не декоративная линия на схеме, а единственное, что отделяет безопасность от самоуправства.
В этой истории особенно удобна конструкция «офис не действует сам, а лишь готовит средства». Звучит почти невинно — как склад лопат, который ни при каких обстоятельствах не отвечает за яму. Но когда одна структура закупает инструменты, другая выбирает цель, а третья запускает операцию, ответственность легко растворяется между ведомствами. В итоге каждый участник формально сделал только свой маленький кусочек большой неприятности.
Секретность действительно помогает не раскрывать планы противнику. Она же помогает не раскрывать неудобные детали гражданам и законодателям — и вот тут начинается знакомая магия: чем меньше проверяющих, тем спокойнее работа, а чем спокойнее работа, тем настойчивее просьба не задавать лишних вопросов. Особенно если вопросы задают люди, которым по должности положено их задавать.
Пентагон отвергает публикацию Politico, называя исходные сведения недостоверными. Это может быть правдой; но само по себе отрицание не заменяет ни ясных правил, ни независимого контроля. Власть просит поверить ей на слово именно там, где проверить слова труднее всего. Потрясающе практичная система — для тех, кто внутри неё.
Исторические примеры не доказывают, что новое подразделение повторит старые злоупотребления. Они показывают другое: спецслужбы не всегда вовремя замечают момент, когда защита интересов превращается в защиту собственных полномочий. После этого неизбежно появляются комиссии, архивы и чиновники, которые объясняют, что тогда таковы были обстоятельства.
Поэтому спор не сводится к вопросу, нужны ли США средства противодействия технологическим угрозам. Вопрос в том, кто определяет угрозу, кто подписывает приказ и кто потом проверяет результат — не только на секретность, но и на законность. Если ответы останутся внутри закрытого круга, доверие будут требовать без возможности его проверить. А это уже не надзор, а просьба выдать ведомству кредит доверия без срока погашения и без права увидеть выписку.