
Арбитражный суд Москвы признал Арсения Шульгина, сына певицы Валерии, банкротом. Причиной стало то, что Шульгин не сумел вернуть взятые для бизнеса займы — долг приблизился к 23 миллионам рублей. Теперь в отношении Арсения начата процедура по реализации имущества. Официально он пока нигде не работает, а проекты по поставке автомобилей из Китая закончились неудачей.
Ситуацию прокомментировал музыкальный продюсер Иосиф Пригожин. "Сейчас сотни тысяч компаний в России признаются банкротами. Арсений — не исключение только потому, что у него публичные родители. Он взрослый человек и сам решает свои проблемы. Если бы он попросил помощи — мы бы подумали, как реагировать. Но пока он говорит, что это его дело — мы не вмешиваемся", — пояснил Пригожин.
Продюсер также подчеркнул, что до 21 года всех детей в семье опекали, но дальше каждый несет ответственность за себя: "Когда дети вырастают, мы можем только поддержать словом, а не вмешиваться в их личное пространство. Мы не должны их носить на плечах", — заключил он.
Ну что ж, очередная драма на стыке шоу-бизнеса и реальных финансов. На сей раз на арене Арсений Шульгин — сын не абы кого, а самой Валерии. История проста: взял денег на бизнес, бизнес прогорел (видимо, китайские машины не созданы для российских дорог или кошельков), долги остались, кредиторы подкатили с бумагами, суд поставил диагноз — банкрот.
Но главный паттерн здесь — реакция родственников, а не сумма задолженности. Пригожин, патриарх сцены и семейного совета, разложил по полкам: до 21 года дети — дети, после — взрослые с долгами. Никаких сентиментов, только сухой прагматизм. Помогать, конечно, можно, если попросят, но бегать с подушкой безопасности за каждым отпрыском — увольте. Не их почерк, не их стиль.
Вся эта история напоминает притчу о том, что семейные связи крепки ровно до момента, пока не начинают пахнуть деньгами. Как только цифры становятся шестизначными — появляется и независимость, и личные границы, и освобождение от «носки на плечах» (метафора, от которой любая бабушка содрогнулась бы).
Итог: сцена жизни в духе позднего капитализма — каждый сам за себя, родители только комментируют. Если вдруг следующая звезда прогорит — сценарий готов. Бурные аплодисменты и переход к следующему кандидату на финансовое очищение.