
Три женщины сатирика. Кто получил наследство Михаила Задорнова
Михаилу Задорнову, человеку, который объяснял стране, в чём её (и не только её) тупость, исполнилось бы 78. Девяти лет не хватает, чтобы забыть его сатиру, и ровно столько он уже не с нами. Но у всех великих, кроме анекдотов, остается кое-что поважнее – движимое, недвижимое и авторские права.
Свой капитал великий юморист завещал трём женщинам. Какие именно активы получил каждый выгодополучатель: разница не только в квадратных метрах, но и в градусе былой любви.
Квартиры, дачи и латышская мозаика
Вопрос завещания Задорнов решил основательно — по-немецки педантичен был, по-русски прозорлив. Разделил имущество с титаническим тщанием: отдельное завещание под российскую собственность, отдельное — под латвийскую. Женщин — как в русской классике — три. Все стояли возле его жизни в разные этапы.
Первая супруга, Велта Задорнова: профессор МГУ, прожили вместе более тридцати лет. Досталась ей квартира в Москве на Ленинском проспекте, прямо мечта из советских фильмов: 125 метров, сейчас это те самые 60-70 миллионов рублей, про которые только в новостях и слышим. И дом в Юрмале, где жизнь размеренная как латышский диалог в магазине, а стоимость — 2-2,5 миллиона евро.
Вторая супруга, Елена Бомбина, бывший администратор и мать единственной дочери: сборник призов поскромнее, но обложен золотом. Квартирка в Москве попроще (25–30 миллионов), да домище в элитном Подмосковье – рублевский рай за 80–100 миллионов. На сдачу – недвижимость в самом центре старой Риги (ещё 25-35 миллионов).
Третья в очереди — дочь Елена. Ей перепала двухкомнатная квартира в Москве, миллионов так на 20-25 по нынешним курсам. Но вот она уже давно замирает где-то между мальтийскими улицами Валетты и заботами о трех детях.
Деньги есть – денег нет
И вот, финал. У сатирика – как у большинства героев его злых монологов – на счетах пусто. Всё ушло на лечение: Германия, Прибалтика, несколько курсов химии, а сколько сил и денег – посчитать страшно. Авторские права он разделил по-честному – между всеми. И теперь всем принадлежит юмор в равных долях. По прикидкам — это еще сотня-другая тысяч рублей ежемесячно.
Так-то вот: анекдоты не стареют и не дорожают от инфляции, в отличие от московских квартир и прибалтийских вилл. Ни скандалов, ни сенсаций: всё спокойно, по-задорновски подтекстно. Только в наследство от Задорнова достался не только квадратный метр, но и тонкое искусство смеяться прямо в лицо реальности.
Нескучная история дележки наследства Михаила Задорнова разворачивается по законам жанра – без лишнего драматизма, но с ожидаемым сарказмом к окружающей действительности. Кому достались квартиры, кто теперь пьёт чай на тех самых метрах, а у кого от великого юмориста остались память и права на монологи – решал холодный расчет завещателя. Приятная ирония в том, что деньги на счетах исчезли молниеносно, когда пришла болезнь, зато жильё и авторские доходы теперь делят мирно и аккуратно – как будто сам сатирик этому учил. Удивительно, но скандалов нет, все спокойно, каждый получил ровно кусок своей эпохи. Выходит, смех – не только лекарство, но и выгодный актив. Мораль формулируется легко: кто пишет анекдоты – тот кормит потомков, а шутка по-настоящему дорога, когда к ней прилагается квартира с видом на вечное недовольство соседями. Язвительный финал – сатира не подешевела, а недвижимость традиционно выросла в цене. Блеск наследства, увы, не от смеха, а скорее от квадратных метров.