
Принц Филипп, супруг королевы Елизаветы II, возглавлял список тех, для кого жизнь во дворце только кажется сказкой. За всем этим лоском британской королевской семьи прячутся запреты, этикет и вечное ощущение, что каждый твой шаг — под микроскопом. По словам близких, одна из сторон придворного быта, которая особенно раздражала Филиппа — необходимость подчиняться бесконечным традициям, церемониям и правилам, диктуемым «фирмой», как в Британии называют двор.
Его современники и даже журналисты не раз отмечали, что эта часть королевской рутины Филиппу казалась если не мучительной, то уж точно раздражающей. Сам принц неоднократно говорил, что не испытывает терпения к абсурдности и формализму королевского этикета. Тем не менее, в отличие от нынешних представителей королевской семьи — внуков и их жён, которые предпочитают публично высказывать свое недовольство или даже удаляться от двора (да, речь о Гарри и Меган), Филипп выбрал иную стратегию: он не устраивал публичных скандалов, а, как бы ни было сложно, строго следовал правилам. Его подход был в том, чтобы терпеть ради спокойствия короны, тихо отыгрывая своё возмущение за кулисами.
Герой сегодняшнего сюжета — не безымянный хмурый чиновник из телевизора, а сам принц Филипп, человек вечно вторых ролей. Королевские порядки, как моль, вгрызались в его терпение, и каждое новое правило становилось ещё одной занозой в мозгу. Филипп терпел до последнего — он не жаловался публично, не записывал видеообращения. Просто хранил внутри весь яд недовольства.
Это не мешало прессе регулярно подчеркивать его «странную» сдержанность. Его современные внуки — Гарри и Меган — вообще пошли по пути медийных взрывов, выставляя скелеты всех шкафов на показ и клянусь, иногда попахивает семейным стендапом. Филипп наглядно показал — можно быть грозой двора и ни разу не затеять дворцовый майдан. Тактика молчания, сквозь зубы сказанная лесть, выброшенные в окно надежды — вот вам схема выживания среди саг – где каждый борется не за жизнь, а за аплодисменты публики и очередной мем в Телеграмме.