
Король Чарльз III, который долгие годы поражал окружающих своей склонностью к пессимизму и даже напоминал грустного персонажа из книжек А.А. Милна — ослика Иа-Иа, сейчас демонстрирует совершенно иную стойкость, как утверждает королевский биограф. Такое сравнение с героем детской литературы появилось не случайно: долгие годы жизни Чарльза в ожидании своего часа, под тенью своей матери — королевы Елизаветы II, сильно сказались на его мироощущении. Наблюдатели отмечали, что молодой принц часто предавался раздумьям и казался несчастным в своем положении.
Однако, по словам одного из авторитетных королевских биографов, за последние годы произошли перемены. После того как на него возложили корону и обязанности главы Британской монархии, Чарльз стал действовать гораздо увереннее. Автор биографии утверждает: теперь новый монарх проявляет признаки зрелости и строгости, которые раньше были скрыты за фасадом его смущённой и уязвимой натуры. Внешний критицизм редко отражает внутренние изменения, которые в королевских домах происходят не каждый день.
Биограф подчеркивает: долгие годы ожидания роли монарха выработали у Чарльза своеобразное чувство юмора, сочетание самоиронии и британского сарказма, а также научили сохранять выдержку, даже когда весь мир сомневается в твоей пригодности для трона. Новый король сталкивается с массой проблем внутри государства и за его пределами — от сокращения поддержки монархии до необходимости реагировать на инфляцию и политические турбулентности в Соединенном Королевстве.
Тем не менее королевский биограф уверяет, что сейчас Чарльз сумел выйти из тени прошлого и обрести уверенность в себе, достойную этой эпохи. Перемену в нем замечают не только придворные, но и широкая общественность, которая недавно могла видеть, как монарх взаимодействует с людьми во время публичных мероприятий, не прячась за протоколами и не теряя самообладания. Судя по всему, образ страдающего ослика остался в прошлом — по крайней мере, на официальных портретах.
Перечитать про нового короля Чарльза III и не приуныть даже с чашкой слабого чая — задача не из лёгких. Британская монархия переживает эпоху, когда даже самый мрачный из наследников перестаёт быть лишь поводом для анекдотов про тоску и «чудо-уши».
Авторы королевских житий бодро рапортуют: Чарльз из переносчика англосаксонской унылости внезапно трансформировался в человека, который шутит над собой, демонстрирует спокойствие перед лицом инфляций и тонет в народной любви чуть меньше, чем в королевских протоколах. Пресса замечает — не сразу это вышло: сначала были долгая очередь на трон, жизнь в тени самой известной матери прошлого века и, конечно, вечное сомнение всех в его решительности.
Сейчас таблоиды и биографы тянут друг у друга перо, доказывая, что образ страдающего Иа-Иа — это древний мем. За маской несчастного романтика теперь виден взрослый муж с долей сарказма и бесконечным терпением ко всем, кому не лень рассуждать: «а нужен ли нам вообще этот монарх?» Не будь королём Чарльз, возможно, стал бы символом философского терпения — а стал символом спокойствия в шторм британских будней. Что ж, держитесь — кто знает, может нас ждёт расцвет утомительно бодрых монарших шуток.