
В декабре 2024 года заговорили о проблеме, которая для Голливуда стала уже почти хронической: производство фильмов уезжает из США. Штаты пытаются заманивать киностудии своими льготами и налоговыми послаблениями, соревнуясь даже с такими бюджетными локациями, как Болгария. Но при всей этой суете явно не хватало одного — федеральной программы, которая объединила бы усилия всей страны и сделала бы США действительно конкурентоспособными.
Идея долго выглядела несбыточной, пока Дональд Трамп внезапно не назначил «Голливудских послов». В списке оказались Jon Voight, Mel Gibson и Sylvester Stallone — имена, которые привыкли ассоциировать скорее с боевиками 90‑х, чем с госуправлением. Однако Voight, похоже, воспринял роль всерьёз: встречался со студиями и политиками и проталкивал идею федеральной поддержки кино.
Трамп тем временем устроил переполох, объявив о 100‑процентном тарифе на производство фильмов за пределами США. Пост был громкий, смысл — почти нулевой, но отрасль он изрядно нервировал. Тем не менее Voight не остановился и предложил ряд мер, которые были переданы президенту и законодателям. Даже Adam Schiff высказался в поддержку идеи, что намекает на потенциальную редкую двустороннюю симпатию.
И вот на CinemaCon председатель Motion Picture Association Чарльз Ривкиной впервые вслух дал понять: шансы есть. Он заявил, что кампания движется, а штаты вроде Нью‑Джерси и Калифорнии уже расширяют свои программы, пытаясь удержать съёмки внутри страны. Но главный бой, по его словам, идёт не на уровне штатов, а в Вашингтоне — где MPA, профсоюзы, студии и «голливудские послы» Трампа лоббируют создание федеральной налоговой льготы для кино.
То, что Ривкиной вообще произнёс эти слова публично, — серьёзный сигнал. Подобные инициативы в США проходят долгий путь согласований, и говорить о них вслух можно только когда процесс действительно сдвинулся.
Правда, подробностей Ривкиной не раскрыл. Помимо темы льгот, он обсуждал конфликт MPA с Meta из‑за использования рейтинга PG‑13 и подчеркнул, что организация намерена продолжать бороться за защиту авторских прав на фоне бурного развития искусственного интеллекта.
Станет ли федеральная льгота реальностью, сильно зависит от того, что окажется в фокусе президента Трампа в ближайшие недели. А в США сейчас, мягко говоря, неспокойно: в стране обсуждают вооружённый конфликт с Ираном.
Если льгота всё‑таки появится, вопросы посыпятся горой. Какой будет её размер? Ограниченная или без потолка? Кто сможет претендовать? Будет ли это налоговый кредит или возврат средств? Распространится ли на ключевые творческие позиции? Считается ли постпродакшен на территории США? И потребуется ли «аккаунт Трампа» для получения выплат? Последний пункт, конечно, шутка — но остальные вполне реальны.
Штаты тоже захотят вставить слово: Калифорния, Луизиана, Висконсин и другие уже активно расширяют свои программы. Федеральная поддержка стала бы для них внушительным подспорьем.
Идея федеральной льготы для кино выглядит как попытка Вашингтона вспомнить, что Голливуд — это не только премьеры, но и деньги, которые давно текут мимо. Забавно, что продвигать идею поручили актёрам, чей политический вес ещё вчера казался экзотикой. Их активность намекает: в отрасли всё плохо, и спасатели нужны любые.
Особенно комично выглядит контраст между серьёзностью темы и привычкой президента переключаться на всё подряд. Льгота может стать исторической реформой — или исчезнуть в тени очередного конфликта. Пока же отрасль живёт слухами, а штаты уныло тянут одеяло каждый на себя.
MPA делает вид, что контролирует процесс, но тон Ривкиного говорит о другом: все ждут политического сигнала сверху. До тех пор обсуждение льготы напоминает пробежку на месте. Шум есть, движения нет.
Киноиндустрия США давно просит помощи, а Вашингтон, кажется, только сейчас понял, что потерять её — значит потерять лицо. Или хотя бы очередной поток больших бюджетов, которые сегодня уезжают туда, где дешевле. Всё предсказуемо, но наблюдать — неожиданно увлекательно.