
Конфликт между Илон Маском и OpenAI, когда‑то союзниками в идее безопасного искусственного интеллекта, окончательно превратился в юридическую дуэль, где каждая сторона обвиняет другую в нарушении прежних договорённостей. В новом витке спора OpenAI заявила, что Маск пытается устроить «юридическую засаду» в последний момент — именно так компания описала его свежие поправки к иску, поданному ещё в 2024 году.
Изначально Маск утверждал, что OpenAI якобы изменила свою миссию: от некоммерческой организации, созданной для развития ИИ на благо человечества, она превратилась в коммерческую структуру, тесно связанную с Microsoft. Он обвинил компанию в отходе от принципов, которые, по его словам, лежали в основе сотрудничества. Однако в последнем обновлении иска Маск внезапно изменил требования: теперь он просит, чтобы все возможные компенсации были перечислены некоммерческому подразделению OpenAI. Одновременно он добивается отстранения Сэма Альтмана от руководства компанией и её совета директоров.
По версии OpenAI, эта тактика — не внезапное прозрение Маска, а попытка дезорганизовать процесс и переписать собственную публичную историю конфликта. Компания назвала такие действия «юридически некорректными и фактически необоснованными», считая, что миллиардер пытается смешать карты перед началом слушаний.
Ставки на деле огромные: по сообщениям Bloomberg, Маск требует от OpenAI и Microsoft от $79 млрд до $134 млрд, называя эти суммы «неправомерной выгодой». Обе компании полностью отвергают обвинения. Несмотря на бурную переписку в документах, суд всё ещё должен стартовать 27 апреля.
Таким образом, затяжная война между бывшими партнёрами выходит на новый уровень: с громкими заявлениями, миллиардными претензиями и попытками расшатать позиции друг друга прямо накануне процесса. Что из этого выйдет — скоро станет ясно.
Маск и OpenAI устроили редкое шоу, где стараются выглядеть принципиальными, но постоянно спотыкаются о собственные заявления. Маск говорит о преданных идеалах — но требует перечислить деньги той же структуре, которую обвиняет в предательстве. Это создаёт атмосферу странного морализаторства, где слова расходятся с действиями.
OpenAI играет роль возмущённой стороны, которой внезапно подбросили новые требования. Они говорят о хаосе, но сами давно живут в нём: партнёрство с Microsoft, огромные бюджеты, гонка ИИ. Их удивление выглядит так же естественно, как удивление кота, который внезапно обнаружил, что у него есть хвост.
Суммы иска поражают больше, чем аргументы. От $79 до $134 миллиардов — звучит как попытка заявить о себе громче, чем все технологические новости месяца вместе взятые. Это не цифры, а декорации.
Суд обещает стать театральной постановкой. У каждого актёра есть роль, реплики и собственная правда. Но за всей этой драмой ощущается банальная борьба за контроль над самым дорогим ресурсом эпохи — искусственным интеллектом. И каждый старается показать, что именно он держит нити в руках, даже если нити давно запутаны.