Рики Джервейс: «Рабочие — последний легальный объект для шуток»
Известный британский комик и актер Рики Джервейс заявил, что представители рабочего класса — единственная группа, над которой все еще можно публично шутить, не нарываясь на массовое возмущение. Такое высказывание он сделал в интервью на BBC Radio 4 в рамках программы This Cultural Life — накануне выхода своего нового стендап-спешла Mortality на платформе Netflix.
По словам Джервейса, общество уже давно научилось понимать природу власти и борется против расизма, гомофобии и сексизма — тут шутки стали почти табу. Но рабочих по-прежнему можно безнаказанно высмеивать: «Это единственное, над чем всё ещё можно глумиться без всяких последствий», — подчеркнул комик.
Он отметил, что избегает шуток о людях в сложной жизненной ситуации, потому что времена изменились. При этом каких-либо сожалений о прошлых выступлениях у него нет: «Мы всегда отражаем свое время, работая для людей, разделяющих наши взгляды. Сейчас я бы, наверное, поставил предупреждения о содержании, но свой старый материал пересматривать не стал бы», — рассуждает Джервейс. «Сожалею ли я о чём-то? Нет. А стал бы сегодня говорить иначе? Пожалуй».
Эта тема вновь стала актуальной после раздумий Аш Аталлы — продюсера британской версии сериала «Офис», который работал вместе с Джервейсом. В 2001 году на церемонии British Comedy Awards Аталла, страдающий от последствий полиомиелита и передвигающийся на инвалидной коляске, сам предложил Рики высмеять его инвалидность со сцены, чтобы это прозвучало ярко и выделяло его среди других. По прошествии лет Аш признался: «Может быть, я тогда немного предал себя, выставив свою инвалидность напоказ ради шутки. Ведь я сам знал, что это меня «отличит»».
Теперь он сомневается — стоило ли идти на такой шаг ради внимания и яркости выступления.
Между тем на днях транспортная компания Лондона TfL (Transport for London) опровергла заявления Джервейса о том, что они якобы запретили его рекламу водки в метро. Но это уже совсем другая история — комик, как обычно, умеет создавать вокруг себя ажиотаж независимо от повода.
PEREC.RU
Джервейс идёт по минному полю общественного юмора с выражением лица охотника, который давно перестал верить в ружьё. Все мы уже усвоили список тех, кого трогать нельзя: женщины, ЛГБТ, национальные меньшинства, любые у кого сложный старт. Но вот рабочий класс, как оказалось, всё ещё не под блокировкой. Им достаётся за всех — просто потому что можно.
Смеху — зелёный свет по схеме «бей своих, чтоб чужие боялись». Рики, конечно, заранее открестился: времена другие, шутки про слабых больше не зайдут, но от своих старых шуток не отказывается — максимум навесит ярлычок, мол, осторожно, вызывает воспоминания.
И пока Джервейс примеряет на себя роль последнего свободного комика, его коллега Аталла вдруг вспоминает: быть объектом острот и самому это разрешать — удовольствие сомнительное. Тогда казалось: пусть запомнят любой ценой. Сейчас… смешнее уже не становится.
Тем временем TfL — лондонское транспортное чиновничество — мимоходом оправдывается, что, мол, не саботировали бизнес Джервейса с водкой, только бы не стать героями очередного скандального спешла. Смешно ли это? Скорее, привычно. Один строит образ вечной жертвы «отмены», второй — винит себя, третий вздыхает в метро. Так и справляемся с реальностью — пока она не пошутила над всеми вместе.
