
Девятнадцать лет назад публика впервые увидела Кейт Миддлтон среди британской королевской семьи. Это было в декабре 2006 года на выпускном Питера Уильяма из Королевской военной академии в Сандхерсте. На трибунах вместе с Кейт стояли её родители – Кэрол и Майкл Миддлтон. Их окружали главные лица монархии: королева Елизавета II, тогда ещё принц Чарльз и герцогиня Корнуольская Камилла (позднее королева Камилла). Тогда публика не знала, что Кейт накануне отклонила редкое приглашение – провести Рождество с королевской семьёй.
Современных «друзей королевских хроник» такой жест удивил бы: не каждый день девушке, ещё не будучи невестой или супругой, открывают двери на семейный праздник в Сандрингемском дворце. Кейт встречалась с Уильямом с 2001 года, и оба тщательно скрывали личную жизнь в эпоху Университета Сент-Эндрюс. Эпопея с выпускным в 2006 году стала первой официальной «королевской точкой» их отношений. Любопытные журналисты, вооружённые даже сурдопереводчиком (в буквальном смысле), ухитрились вычитать по губам Кейт фразу о том, что форма Уильяма «такая сексуальная». Но, как бы эффектно ни смотрелся тогдашний романтический герой в мундире, Кейт осталась верна принципам.
В семье было принято приглашать на королевское Рождество только официальных супругов – невестам такие привилегии предлагались редко. Несмотря на пять лет отношений, Кейт не захотела «идти впереди паровоза», как выразилась бы добрая тётя из соседнего подъезда. Как вспоминает Тина Браун в книге «Дворцовые бумаги», Кейт выглядела уверенно в шляпке Филипа Трейси, но твёрдо знала: пока не наденет обручальное кольцо, в «святая святых» ни ногой.
Уильям на отказ Кейт, как пишут, отреагировал молча – такой британский «молчаливый укор». В ответ он не приехал на Новый год в дом Кейт, причём старая гвардия монархии — Чарльз и Елизавета II – настоятельно советовала ему этого не делать. Их мотив: зачем, мол, «выставлять Кейт под прицел папарацци без официального статуса невесты»? А решение королевы вообще объяснили, мягко говоря, осторожным отношением к перспективе ещё одного королевского развода — в её семье из четверых детей развелись трое.
«Весна 2007» для пары оказалась временем разрыва – молодые на короткое время расстались. Но уже осенью 2010 года они снова были вместе и объявили о помолвке. И только после свадьбы в апреле 2011 Кейт впервые отправилась встречать Рождество в Сандрингем – так соблюдение традиций плавно перетекло в современную королевскую жизнь.
Начинается всё с классической сцены перед рождественским камином британской монархии – публика ждёт очередную главу мелодрамы, а на выходе у нас ироничная зарисовка о том, как Кейт Миддлтон сыграла холодную королевскую партию ещё до помолвки.
Казалось бы – вот оно, приглашение, о котором мечтают половина британских девушек и ещё четверть американских сериалов, а Кейт Миддлтон, вместо декадансного куплета о любви, заявляет: «Без кольца – без оливье». Всё по жёстким правилам – хочешь быть внутри семейного клана, покажи официальный статус, иначе пожалуйте обратно к родительским котлетам на Новый год. Принц Уильям, немного обиженный, проходится по семейным праздникам в одиночку, а королева со товарищи вздыхает о прошлом: уж сколько раз семейные яхты сыпались о рифы развода.
А что публика? Публика – в восторге, у каждого второго таблоида наготове сурдопереводчик, вдруг опять Кейт выдаст что-нибудь про «секси-мундир». Итог – морозный антураж королевской сути: традиции важнее страсти, ждать приходится долго, и даже если соседка считает британцев чуть избыточно суровыми, у них и на любовь – свои железобетонные протоколы. А Кейт – живой памятник терпению, принципам и шляпам Филипа Трейси.