Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Новое исследование, опубликованное в журнале Political Psychology, показывает: склонность человека верить в заговоры действительно влияет на то, какие политические слухи он принимает за правду — но сильнее всего это работает, когда слухи направлены против его политических соперников. То есть психология и партийная лояльность работают в связке, подталкивая людей верить в удобные им мифы. Именно так политическая поляризация помогает распространять дезинформацию.
Ранее учёные уже выделяли два ключевых фактора. Первый — общий уровень «конспирологического мышления», привычка искать скрытые злые силы за любым событием. Второй — естественная симпатия к своей политической группе: люди легче верят теориям, обвиняющим оппонентов, и отмахиваются от тех, что бросают тень на собственных фаворитов.
Исследователи попытались выяснить: работают ли эти факторы вместе, усиливая друг друга? Предположение было простым: если слух обвиняет политических врагов, то конспирологически настроенные люди будут верить в него особенно охотно.
Автор исследования, политолог Omer Yair, рассказал, что долго не находил доказательств такого взаимодействия. Поэтому команда собрала данные из шести опросов: двух в США и четырёх в Израиле — всего 10 765 взрослых участников.
Респондентов спросили о 61 теории заговора. Тридцать касались политики — они обвиняли конкретные партии или лидеров. Остальные 31 были «вне политики» — например, истории о пришельцах или тайных лекарствах.
Первый опрос в США (2021 год) включал 2021 участника и охватывал 12 политических и 27 неполитических теорий. Среди слухов были истории о том, что республиканцы украли выборы или что Barack Obama подделал документы о гражданстве. Неполитические утверждали, что экономика управляется таинственным «одним процентом», а опасность ГМО скрывается.
Второй опрос (2024 год, 2765 взрослых) касался двух политических слухов о покушении на Donald Trump.
В Израиле четыре опроса (5979 человек, 2023–2025 годы) включали 16 политических и 4 неполитических теории. Одна из них утверждала, что силовики якобы скрыли от премьер-министра Benjamin Netanyahu информацию об атаке ХАМАС 7 октября.
Во всех исследованиях измеряли общий уровень конспирологического мышления по стандартной шкале — четыре вопроса о скрытом контроле и тайных заговорщиках. Затем сопоставляли его с верой в конкретные слухи и политической идентичностью респондентов.
Результаты: вера в политические теории заговора напрямую зависит от сочетания политической лояльности и склонности к конспирологии. Если теория обвиняет политических противников, люди с высокой склонностью к заговорам почти неизбежно принимают её. Если же слух обвиняет «своих», эффект резко падает.
Самые сильные взаимодействия наблюдались в США во время выборов 2024 года. Например, слух о том, что демократы организовали покушение на Donald Trump, поддержали менее 10% республиканцев с низким уровнем конспирологического мышления, но почти 80% — с высоким.
В неполитических теориях такого эффекта нет: демократ и республиканец, одинаково склонные к конспирологии, с одинаковой вероятностью верят в НЛО и тайные лекарства.
Между странами оказались отличия. В США влияние конспирологического мышления оказалось сильнее, а в Израиле — сильнее изначальные политические различия даже среди людей с низкой склонностью к заговорам.
Исследователи отмечают ограничения: анализ охватывает только две страны, а опросы не позволяют идеально определить причинность. Также граница между политическими и неполитическими теориями часто размыта.
Авторы считают, что будущие работы должны изучать эти эффекты в других социальных конфликтах — вокруг нации, пола или расы. Также полезны будут эксперименты, меняющие форму подачи слухов.
Исследование «Conspiracy thinking and belief in partisan conspiracy theories: A moderating effect of partisan congruence?» подготовили Omer Yair, Shira Hebel-Sela, Amnon Cavari и Asif Efrat.
Исследование о влиянии политической лояльности на веру в теории заговора выглядит как очередной учебник по тому, как человеческая природа умело подставляет сама себя. Учёные собрали данные, посчитали, построили модели, а по факту описали старую историю: люди верят не в то, что логично, а в то, что приятно их политическому эго.
Теории, которые обвиняют чужих, проглатываются легко, как дешёвая сенсация в ленте новостей. Теории, что бросают тень на «своих», вызывают внезапный приступ скепсиса — в такие моменты люди вспоминают о критическом мышлении. Срабатывает не интеллект, а рефлекс защиты стаи.
США показали классическую картину: чем сильнее человек склонен к заговором, тем выше шанс, что он обвинит оппонентов хоть в покушении, хоть в мировом правительстве. Израиль, как всегда, отличился — там политическая розница настолько глубокая, что даже люди без «заговорческой» жилки делят слухи строго по партийной линии.
В неполитических темах всё куда мирнее: пришельцы, ГМО, тайные лекарства — здесь демократ и республиканец, левый и правый, идут рука об руку. Но как только появляется политика, идеология превращается в фильтр, а разум — в обслуживающий персонал.
Работа честно признаётся в ограничениях: две страны, опросы без доказательства причинности, размытые границы между типами слухов. Но это мелочи. Главный смысл прост — политическая идентичность делает людей предсказуемыми вплоть до автоматизма, а конспирология лишь добавляет масла в огонь.
Будущие исследования авторы предлагают расширить на конфликты по расе, полу и нации. Хотя, кажется, и так ясно: если есть группа и есть противник, заговор найдётся сам. Или будет найден — по запросу аудитории.