Лорен Жауреги раскрыла «святую троицу» для курительной компании
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Лорен Жауреги, бывшая участница Fifth Harmony и сольная певица, призналась, что уже исполнила одну из самых необычных личных мечт — собрала свою «святую троицу» для курительной компании. В её идеальный состав вошли Snoop Dogg, Wiz Khalifa и Rihanna. Правда, пока не за одним столом: с каждым из них Жауреги, по её словам, уже успела покурить отдельно.
Разговор состоялся на красной дорожке церемонии MTV VMAs 2026, которая прошла вечером 27 сентября. Журналистка Eva Marisol Gutowski спросила певицу, как та готовилась к шоу. Жауреги ответила, что собиралась под собственный альбом и настраивалась на образ «готической Мэрилин Монро» — сочетание кинодивы, мрачной эстетики и уверенности человека, который знает, что камеры всё равно будут смотреть.
Когда Gutowski напомнила, что ведущим церемонии стал Snoop Dogg, Жауреги отреагировала восторженно. Затем её попросили назвать идеальный состав для так называемой dream blunt rotation — компании, где участники по очереди передают друг другу косяк. Для российского читателя поясним: это популярный в англоязычной поп-культуре шуточный формат, обычно подразумевающий расслабленную компанию знаменитостей и употребление каннабиса.
Жауреги рассказала, что впервые покурила с Snoop Dogg ещё совсем молодой. По её словам, она сделала всего одну затяжку, после чего «на следующие 19 часов оказалась в стратосфере». Знаменитый исполнитель, которого поклонники называют Doggfather, явно не мелочился с крепостью — либо организм певицы тогда решил провести собственное космическое исследование.
После этого Жауреги назвала Wiz Khalifa и Rihanna. «Я курила со всеми ними», — заявила она. Певица назвала это попаданием в «святую троицу», то есть в символический список трёх культовых имён, с которыми ей удалось разделить такую компанию. Единственное, чего пока не произошло, — все трое не собрались одновременно в одном кругу. Именно это Жауреги назвала отличной идеей.
На этом фоне особенно любопытно звучит её новый сольный сингл Everybody’s On Drugs, выпущенный ранее в сентябре. Несмотря на шутливую историю о каннабисе, песня посвящена не вечеринке, а тревоге и ощущению абсурда современной жизни.
В композиции Жауреги поёт о людях, которые смотрят в пустоту, чувствуют онемение и делают вид, будто всё нормально. В припеве звучит вопрос: «Все на наркотиках?» Так певица использует образ массового одурманивания как метафору — речь может идти не только о веществах, но и о привычке общества глушить тревогу, не замечать происходящее и притворяться, что ничего страшного не случилось.
PEREC.RU
У красной дорожки есть особый жанр откровенности: сказать что-то достаточно личное, чтобы это разошлось по заголовкам, и достаточно лёгкое, чтобы не мешало следующему вопросу о наряде. История о трёх знаменитых спутниках идеально прошла этот коридор. Почти исповедь — с готовой цитатой для соцсетей.
Название «святая троица» превращает курительную компанию в маленький пантеон поп-культуры. Слово «святая» здесь, конечно, трудится без богословского диплома — оно добавляет бытовому эпизоду масштаб и делает его пригодным для тиражирования. У знаменитости даже случайная затяжка умеет получить собственную мифологию.
Самое полезное для медиа — не состав компании, а обещание, что однажды все трое окажутся вместе. Это уже не воспоминание, а заготовка для будущего инфоповода: встреча, совместный снимок, ещё один вопрос на дорожке. Индустрия умеет превращать незавершённую шутку в сериал, где зрителю продают ожидание следующего эпизода.
Певица при этом получает возможность примерить образ, который не укладывается в одну полку: готическая кинодива, поп-звезда и человек с расслабленной компанией в биографии. Чем больше таких несовпадений, тем удобнее публике обсуждать персонаж вместо музыки. Редакторы тоже не жалуются — в готовый заголовок не приходится встраивать припев.
На этом фоне название нового сингла звучит почти слишком аккуратно подогнанным к истории. В одном случае наркотики становятся бытовым реквизитом звёздного анекдота, в другом — метафорой общественной тревоги и привычки глушить чувства. Между двумя смыслами остаётся удобное пространство, где каждый может услышать желаемое, а промо-команда — напомнить о песне.
Такой контраст не обязательно злой умысел; иногда у поп-культуры просто нет времени согласовать символы между собой. Но он хорошо показывает, как продаётся «подлинность»: немного уязвимости, немного дерзости и точная дозировка серьёзности, чтобы разговор не превратился в лекцию. Даже тревога лучше работает, если у неё есть запоминающийся рефрен.
В итоге публика получает историю о мечте, которая уже почти сбылась, но ещё оставляет место для продолжения. Редакция получает лёгкую загадку, артистка — яркий фрагмент образа, а рынок — повод снова произнести её имя рядом с названием песни. Все заняты делом; только «святая троица» пока остаётся проектом с неопределённой датой запуска.
