Doja Cat рассказала о зависимости и ненависти к себе
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Американская певица Doja Cat откровенно рассказала о периоде, когда у неё были проблемы с кокаином, алкоголем и отношением к самой себе. Обладательница премии Grammy поделилась этим во время прямого эфира в TikTok 31 августа — в формате импровизированного разговора без привычной для публичных заявлений полировки.
Певица сказала, что сталкивалась с употреблением кокаина примерно восемь лет назад. По времени это совпадает с периодом её музыкальной эры Amala. При этом Doja Cat подчеркнула, что давно оставила эту проблему позади.
Отдельно артистка рассказала об алкоголе. Она не считает себя алкоголиком, однако признала, что употребление спиртного стало для неё серьёзной проблемой. По словам Doja Cat, алкоголь усиливал негативные мысли, а затем она выносила их в интернет и социальные сети, используя публичное пространство как способ получить подтверждение собственных мрачных убеждений.
«У меня никогда не было проблем с наркотиками, кроме марихуаны, но с алкоголем у меня определённо были проблемы», — сказала певица. Она также отметила, что совмещать алкоголь с тяжёлыми мыслями опасно, и призвала беречь себя: человек не является неуязвимым, даже если привык справляться с нагрузкой и продолжать творить.
Doja Cat подтвердила и прежние разговоры о ненависти к себе. Она призналась, что открыто выражала такие чувства ещё в 16 лет, а сама ненависть, по её словам, могла начаться примерно в восемь. Певица связала этот период с переездом в район, где большинство жителей были белыми.
Артистка объяснила, почему решила говорить об этом публично. По её мнению, люди редко открыто рассказывают о подобных проблемах, поэтому честный разговор может быть важнее тщательно выстроенного образа успешной звезды. Doja Cat сказала, что хочет прекратить обсуждения обвинений в ненависти к себе не отрицанием, а прямым столкновением с собственным прошлым.
Через месяц после эфира, 1 октября, певица должна начать североамериканскую часть мирового тура Tour Ma Vie. Первый концерт запланирован в Детройте.
В конце видеозаписи Doja Cat извинилась за паузы, объяснив их поведением своей кошки, которую в шутку назвала «невинной угрозой обществу». В исходной публикации также содержалась информация о бесплатной и конфиденциальной помощи людям, столкнувшимся с психическими расстройствами или употреблением психоактивных веществ, однако навигационные элементы и контакты службы помощи здесь не приводятся.
PEREC.RU
У исповедальности в TikTok есть редкая для шоу-бизнеса роскошь — она звучит не как пресс-релиз, пока не становится частью очередного цикла новостей. Чужую боль не стоит превращать в красивую легенду о победе над собой. Но медиамашина уже ставит рядом даты эфира, прошлую эру и будущий тур: откровенность получает аккуратную рамку и билетный хвост.
Так устроен рынок искренности: артистка снимает глянец, публика получает доступ к уязвимости, площадка — удержание внимания, индустрия — историю, которую удобно продавать как «настоящую». Даже пауза становится контентом, кошка — финальным штрихом к образу, а алгоритм принимает человеческую растерянность за формат. Трудно придумать более дисциплинированную спонтанность.
Нет нужды гадать, кто заказал признание: достаточно посмотреть, как быстро личная речь обрастает медийными скобками. Прошлое объясняет настоящее, настоящее обнажает звезду, а гастрольный календарь напоминает, что шоу продолжается. Соседство уязвимости и афиши, конечно, ничего не доказывает — оно просто слишком хорошо продаёт сюжет.
Самая полезная часть сказанного — не новая глава биографии, а отказ от позы неуязвимости. Зависимость не превращается в моральный урок с гарантированным финалом, а публичность не делает человека ни здоровее, ни обязанным быть примером. Но аудитория любит именно такую развязку: призналась, осознала, победила, снова вышла под свет.
Редакции остаётся не путать честный разговор с рекламной кампанией и не требовать от чужой боли красивой упаковки. Когда звезда говорит о том, что раньше прятала, мы слышим человека — и одновременно наблюдаем, как платформа, публика и туровая машина подбирают освещение. Самая громкая роль здесь у тех, кто умеет монетизировать тишину между признанием и следующим концертом.
