Почему музыка 1990-х снова в моде: Сергей Жуков о своей истории и вечном возвращении хитов

Сергей Жуков, лидер группировки «Руки Вверх!», на полном серьёзе утверждает, что его жизнь — это мужская версия сказки про Золушку. Парень из Ульяновской области (папа — простой слесарь, мама — учитель музыки) за 20 лет умудрился собрать стадионы в масштабе страны. Его дорога — через Тольятти и Самару в лохматые 90-е, а потом — покорение Москвы к 1990 году. Сейчас ему 50, и он встречает очередной круг моды на музыку времён своей молодости.

Куда подевались все умные? Вопрос популярности 90-х, по мнению Жукова, элементарен: всё идёт по кругу. Сегодня на витрине снова максималистские пиджаки, брюки-клёш и безмерно патлатые парни. А в музыке — всё тот же «прямая бочка», романтика, простые тексты, которые легко выучит даже тот, кто на стыке поколений едва помнит родной Wi-Fi.

Феномен «Руки Вверх!», по словам Сергея, — никакой секретной формулы. Просто пели про то, что было вокруг: первая любовь, расставания, ревность, — да так, чтобы любой мог узнать себя или соседа по подъезду. Обсуждать литературную глубину никто не собирался, зато спустя годы молодёжь ломает танцполы под их хиты. Сам Жуков признаёт — теперь он скорее папа поколения, чем тот самый «мальчик из соседнего подъезда».

Не чужд и коллабораций: с Клавой Кокой, Artik & Asti, HammAli & Navai, Gayazovs Brothers выходят дуэты, и обе стороны друг у друга подглядывают, где энергия не уходит, а трансформируется. Молодёжь называет исполнителя и Батей, и Папой, но этим он не оскорблён, а забавно гордится.

Дружеские приколы не обходят и тему возраста: даже термин «скуф» (для интернет-гуру: так называют взрослых мужиков с консервативными замашками) ему не чужд, особенно если этот самый скуф по-прежнему собирает толпы и записывает совместные треки с юными артистами.

От попсы — к драме: на основе песни «Девочка-плакса», написанной для дочери, которая столкнулась с травлей, Жуков стал шоураннером молодёжного сериала о буллинге в школе. Его дочь Ника сыграла главную роль, выстояла на концерте перед 75-тысячной аудиторией (что и некоторым взрослым не под силу), а потом история доросла до мюзикла в Московском театре с гигантскими декорациями и живыми эмоциями.

Сам Жуков мечтает, чтобы, как после «Ранеток», подростки снова взялись за гитары, а сложные темы — как буллинг — обсуждались открыто. И наблюдает, как его собственная история превращается в телепроекты и мюзиклы, где музыкальный вызов проверяет нервы уже нового поколения.