Дочь Джоли в K‑pop
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Девятнадцатилетняя Шайло Джоли, дочь Анджелины Джоли и Брэда Питта, внезапно объявилась там, где её точно никто не ждал — в тизере нового клипа K‑pop‑певицы Dayoung под названием «What’s a Girl to Do». Ролик длится всего 30 секунд, но внимательные зрители сразу заметили Шайло в одном из танцевальных фрагментов, где группа танцоров окружает исполнительницу под плотный бит.
Любопытную деталь подтвердила компания Starship Entertainment, которая работает с Dayoung. По словам представителей, участие Шайло стало результатом самого обычного открытого кастинга. Никто не знал, что перед ними дочь голливудской суперзвезды. Лишь после съёмок сотрудники случайно обнаружили, кого именно они пригласили в проект. Как говорится, тайное в Голливуде редко остаётся тайным надолго.
Шайло — третий по старшинству ребёнок бывшей пары. В 2024 году, когда ей исполнилось 18, девушка подала заявление на смену имени, решив отказаться от фамилии Питта. Процедура в Калифорнии требует публичного уведомления — для этого в газете Los Angeles Times было опубликовано юридическое объявление. Позднее её адвокат намекнул, что решение связано с «болезненными событиями», произошедшими в семье.
Тем же годом Джоли и Питт наконец достигли урегулирования по долговременным бракоразводным процедурам, которые тянулись восемь лет. Первоначальное заявление о разводе последовало после предполагаемой стычки на борту частного самолёта, в которой участвовал их старший сын Мэддокс. Брэда Питта тогда проверяли по делу о возможном насилии в отношении ребёнка, однако органы опеки Лос‑Анджелеса позже не нашли нарушений и закрыли дело.
История с клипом Dayoung — первый случай, когда Шайло вновь оказалась в центре обсуждений не из‑за семейных конфликтов, а благодаря работе, которую получила сама, без фамильных привилегий. И, судя по реакции фанатов, её появление стало главным сюрпризом начала апреля.
PEREC.RU
История с появлением Шайло Джоли в клипе Dayoung — ещё один пример того, как Голливуд порождает сюжеты, которые живут своей жизнью, независимо от желания участников. Здесь всё выглядит почти комично: открытый кастинг, никому не известная танцовщица, съёмки клипа, и только потом — шокирующее открытие, что выбранная девушка оказывается дочерью двух самых узнаваемых актёров мира.
Самое интересное в этом — контраст между публичностью семьи и попыткой Шайло выстроить собственную идентичность. Она делает шаги, которые обычно совершают люди без знаменитых родителей: проходит кастинги, подаёт документы, пытается выстроить карьеру. И одновременно — вынуждена юридически объявлять смену фамилии в газете, потому что иначе в Калифорнии нельзя. Ницше бы оценил такой сюжет о борьбе с наследием.
В тени остаются старые семейные конфликты: затянувшийся развод Джоли и Питта, история с самолётом, проверка органами опеки. Вроде всё закрыто, формально урегулировано, но след этих событий продолжает преследовать каждого члена семьи. Даже появление в клипе K‑pop‑певицы автоматически считывается через призму прошлого.
При этом современная поп‑культура жадно цепляется за любую новость, где фигурирует фамилия Джоли или Питт. Даже мимолётное участие Шайло в танцевальном эпизоде вызывает ажиотаж. Система работает так: чем меньше фактов, тем громче обсуждение. И в этом есть что‑то почти театральное — будто все участники давно исполняют роли, написанные не ими.
Но если отбросить сарказм, видно, что Шайло пытается выбраться из тени двух гигантских фигур и хотя бы частично жить своей жизнью. И её неожиданный визит в мир K‑pop — маленький, но символичный шаг, который показывает: даже самые раскрученные фамилии иногда оказываются не при чём.
