Как снимали «Петлю Ориона»

В 1970‑е космическая фантастика переживала настоящий подъем. Советские успехи в освоении космоса, американские экспедиции и автоматические станции, летящие к другим планетам, создавали ощущение, будто космос вот-вот станет новой жилплощадью для человечества. Кино немедленно ухватилось за этот энтузиазм. Пока в США появлялись «Звездный путь» и затем «Звездные войны», советская фантастика шла своим путем — более строгим, серьезным и научно ориентированным.

Пионером жанра считается режиссер Павел Клушанцев. Он умел создавать фантастический мир буквально из подручных материалов. В 1957 году снял «Дорогу к звездам», где подробно объяснил идеи Циолковского и принципы полетов на орбиту Земли и к Луне — в тот год СССР только запустил первый спутник, а первый человек в космосе еще не появился. В 1961-м Клушанцев выпустил художественную «Планету бурь» о полете на Венеру — задолго до отправки автоматических зондов. Фильм купили в США, дважды перемонтировали и выпускали под разными названиями. Ходят легенды, будто творчество Клушанцева повлияло на Джорджа Лукаса, хотя прямых доказательств нет.

В начале 1970-х пути советской и американской фантастики разошлись окончательно. На Западе делали ставку на приключения и опасности — от «Звездных войн» до «Чужого» Ридли Скотта. В СССР фантастика чаще становилась размышлением о психологии, морали и роли человека — как в «Солярисе» или «Большом космическом путешествии». В эту же линию вписывается и фильм «Петля Ориона», вышедший в апреле 1981 года.

Сценарий написал космонавт Алексей Леонов — тот самый первый человек, вышедший в открытый космос. Его история рассказывала о загадочном космическом излучении, угрожающем людям. На его изучение отправлялся космолет «Фаэтон» с экипажем из людей и киборгов. Режиссером стал Василий Левин — автор визуально выразительного телевизионного «Капитана Немо». Бюджет был скромным, собственной студии спецэффектов СССР не имел, но Левин выкрутился.

Модели космических кораблей были простыми — но тогда такими пользовались почти все, кроме команды Лукаса. Компьютерной графики не было вовсе: даже в «Терминаторе» 1991 года ее всего 3,5 минуты. Но Левин применял изобретательные приемы. Идея киборгов‑двойников позволила использовать трюки с «двойной съемкой» — техникой, известной еще по фильму Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию». Инопланетян показывали через голограммы, созданные с помощью прозрачных стекол.

«Петля Ориона» не стала хитом — 10 миллионов зрителей по тем временам были почти провалом. Но фильм создавался для детей и подростков, а такие проекты чиновники рассматривали скорее как научно‑популярные. Фильм консультировали Леонов, космонавт Виталий Севастьянов и академик РАН Роальд Сагдеев. Длинное вступление служило той же цели — просвещать.

Картина свою задачу выполнила. Она не обещала масштабных космических битв и ужасов вроде чудовищ из «Ностромо». Она передавала главный дух советской фантастики: в космосе человек не один, его услышат и спасут. Эта мысль звучала и в других фильмах того времени, включая «Через тернии к звездам» Ричарда Викторова.

Фильм стал частью культурной памяти, связанной с Алексеем Леоновым — человеком, который первым шагнул в открытый космос и который мечтал, что настоящие полеты станут делом будущего поколения.