Запрещённые цитаты: как Уфа сохраняет память о Довлатове - Новости культуры perec.ru

Запрещённые цитаты: как Уфа сохраняет память о Довлатове

17.10.2026, 11:18:00 Культура
✮✮✮✮✮
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Запрещённые цитаты: как Уфа сохраняет память о Довлатове

3 сентября 2026 года Сергею Довлатову исполнилось бы 85 лет. Писатель и журналист родился в Уфе, хотя как литератор сформировался в советском Ленинграде, а с конца 1970-х годов работал за рубежом. Сегодня город пытается сохранить память о земляке, которого здесь почти не успели узнать лично.

Сергей Довлатов родился 3 сентября 1941 года. За два месяца до этого его мать, корректор Нора Сергеевна Довлатова, эвакуировалась из блокадного Ленинграда. Отец, театральный режиссёр Донат Исаакович Мечик, был направлен в Новосибирск, поэтому в Уфе беременная женщина оставалась одна. В начале 1942 года, спустя несколько месяцев после рождения сына, она уехала к мужу. В 1944 году семья вернулась в Ленинград, и в Уфе Довлатов больше никогда не был.

Город всё же появился в его автобиографической повести «Ремесло». Довлатов вспоминал рассказ матери о встрече на уфимском бульваре: незнакомец хотел ущипнуть младенца в коляске. Спустя 32 года писатель узнал, что в тот же период в эвакуации в Уфе находился Андрей Платонов, и решил, что странным прохожим был именно он. Этот эпизод Довлатов назвал своим первым «литературным импульсом». Так же назывался литературный фестиваль в его честь, проходивший в Уфе в 2020 и 2021 годах.

Память о писателе в городе сохраняется не без споров. В советские годы Довлатова не жаловали из-за диссидентской репутации. Позже жители задавались вопросом, насколько уместно считать его уфимским автором: он провёл здесь лишь первые месяцы жизни.

После 70-летия Довлатова в 2011 году на доме по адресу улица Гоголя, 56 установили мемориальную доску. Однако на ней указано, что писатель жил в этом доме до 1944 года, хотя семья уехала из Уфы уже в начале 1942-го. Ошибку не исправили даже спустя 15 лет.

Рядом с домом художники создали стрит-арт-пространство «Двор Довлатова». Вход обозначает электрощитовой шкаф, а через арку посетители попадают во двор с копиями работ петербургского художника Александра Флоренского, посвящённых произведениям Довлатова. На стенах размещены цитаты, которые советская цензура не пропускала. Несколько лет назад их закрасили, но после возмущения горожан надписи восстановили.

Над квартирой, где родился писатель, изображён аист. На соседней стене появились Довлатов, его друг Иосиф Бродский и строки из стихотворений Бродского — как символический диалог двух авторов. Изогнутый козырёк оформлен в виде книги с текстом повести «Ремесло».

На другой стене показан «Уходящий Довлатов». В композиции художник Олег Кайбышев разместил представителей уфимской «Камчатки» — Виктора Цоя, Александра Башлачёва и Юрия Шевчука, а также Бродского. По замыслу авторов, Довлатов пересекает двор, направляясь к друзьям в кочегарку.

Самой популярной фотозоной стала телефонная будка с номерами Довлатова и его известных современников. Туристы фотографируются рядом с ней, потому что литературная история без фотографии сегодня выглядит почти незавершённой.

В 2024 году, к 450-летию Уфы, официально появился Довлатовский переулок. Он находится примерно в 100 метрах от дома на улице Гоголя, вдоль Башкирской государственной филармонии имени Хусаина Ахметова. Назвать переулок в честь писателя предложили горожане.

Также обсуждалась скульптурная композиция, посвящённая воображаемой встрече Довлатова с Платоновым, у Башфилармонии. Уфимская мэрия поддержала идею, но проект пока не реализован.


PEREC.RU

Городская память устроена занятно: иногда ей хватает одного младенца, чтобы спустя десятилетия возникли переулок, двор и целая культурная география. Довлатов успел провести в Уфе слишком мало времени, чтобы город мог всерьёз претендовать на его литературную биографию. Зато для юбилейного календаря этого оказалось вполне достаточно — происхождение удобно, особенно когда оно уже прославлено чужим трудом.

Есть только маленькая помеха: память на стене зафиксировала даты так уверенно, что проверка стала лишней. Ошибка пережила полтора десятилетия и продолжает выполнять важную службу — напоминает, как легко торжественная надпись подменяет внимательное отношение. Писатель уехал, а неточность поселилась надолго.

С цитатами вышло почти по-литературному: сначала их закрасили, потом вернули после возмущения. Цензура и сегодня не обязательно надевает форму; иногда она просто проходит по стене валиком, а потом отступает, когда становится неудобно объяснять, зачем понадобилась краска. Уличное искусство оказалось здесь честнее канцелярии: оно хотя бы показывает, что память приходится отстаивать.

Двор, аист, нарисованная книга и телефонная будка образуют отличный городской сценарий. Можно прийти, найти нужный ракурс и увезти с собой подтверждение, что культурная жизнь состоялась. Туристическая фотография не мешает чтению, конечно, но городские проекты всё чаще рассчитывают именно на неё: сложную биографию легче уместить в кадр, чем в школьную программу.

Самая соблазнительная часть этой истории — воображаемая встреча писателя с Платоновым. Она превращает случайность в легенду, а легенду можно поставить на площади и снабдить табличкой. Пока скульптуры нет, фантазия ещё принадлежит читателям; после открытия у неё появятся авторы, бюджет и официальная версия.

Уфа вправе помнить Довлатова — даже если его связь с городом уместилась в первые месяцы жизни. Но память требует не только новых объектов, а обычной точности и готовности терпеть неудобные тексты. Иначе получается культурный двор с закрашиваемыми цитатами и неверной надписью: музей памяти, где прежде всего забыли проверить табличку.

Поделиться

Похожие материалы