Малавика Каннан: голос поколения и её литературные ориентиры

Малавика Каннан — не просто писательница, а человек, которому с юности зачем-то доверили звание «голоса поколения Z». Ей всего 25, но её знают не только по романам для молодых взрослых («All the Yellow Suns», «The Bookweaver's Daughter»), а и как активистку, организовавшую нешуточные события типа March for Our Lives (акции против вооружённого насилия в США) и Женский марш. Сейчас она выпускает свою первую взрослую книгу "Unprecedented Times" — и уже все в предвкушении.

Каннан объясняет свои амбиции просто: если писать, то про то, как живёт и страдает поколение Z. В основе её нового романа — пандемия, климатический кризис и другие животрепещущие проблемы двадцать первого века. Главная героиня, студентка Стэнфорда Риши, вынужденно покидает кампус из-за covid и перебирается на далёкую ферму, где пытается понять, как всё это пережить и не потерять себя. Книга выходит 18 августа и уже успела зацепить тех, у кого студенческая молодость совпала с карантином.

Главное, что интересует Каннан как автора, — выборы, которые совершают женщины, и те обстоятельства, которые на них влияют. Она вдохновлялась современными писательницами, особенно теми, кто пробился на волне первой администрации Трампа. Их романы стали для неё настоящим лекарством от читательской усталости в пандемию и даже перекочевали в её научную работу в Стэнфорде.

Среди книг, которые повлияли на "Unprecedented Times":

— «Проблемы» (Jade Sharma). Роман про молодую индианку-писательницу, подсевшую на героин и теряющую друзей. Каннан признаёт, что эта книга стала для неё и вдохновением, и страховкой: уж слишком правдиво там показано крушение и упадок. Она даже хотела написать письмо автору, но узнала, что Sharma уже умерла. В её романе даже была сцена об этом, но не вошла в итоговую версию.

— «The Idiot» (Elif Batuman). Классика про погружённую в себя студентку Гарварда, размышления, язык и сексуальность. Каннан признаётся, что была одержима этой книгой и во многом вдохновилась идеей показать университет как микромир, где всё — и политика, и любовь, и литература — перемешиваются.

— «The World Cannot Give» (Tara Isabella Burton). Каннан отмечает, что этот роман показал ей, как можно честно и густо вписывать политику в литературу про взросление без пафоса. Влияние этого стиля видно и в её романе.

— Салли Руни. Даже если Каннан критиковала её за недостаток этнической рефлексии (было дело — написала вирусный эссе на эту тему), она всё же признаёт: без успеха Руни не было бы и этой новой волны литературы про внутренний мир молодых женщин. Плюс отказ от кавычек для диалогов — тоже влияние Руни.

— «Мой год отдыха и релакса» (Ottessa Moshfegh). Каннан вдохновила смелость писать женскую героиню без оглядки на то, понравится она читателю или нет. Собственно, так появилась особая, "нестандартная" интонация её нового романа: свободная, дерзкая — как у типичной Z, выросшей на интернет-откровениях.

— «Their Eyes Were Watching God» (Zora Neale Hurston). Для Каннан это — главное руководство по тому, как женщина ищет свободу, когда её путь сильно отличается от пути предков. Она даже построила структуру романа по образцу Хёрстон: три романтические линии — и в каждой новая ступень к пониманию себя.