Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Центральный академический театр Российской Армии сообщил о смерти своей ведущей актрисы, народной артистки СССР Людмилы Чурсиной. Она ушла из жизни 10 июня, не дожив чуть больше месяца до своего юбилея, к которому готовились и поклонники, и коллеги. Актрисе было 84 года.
Детство Чурсиной было непростым: родилась она 20 июля 1941 года буквально в поле. Мать бежала вместе с тысячами людей, спасаясь от войны, и во время авианалёта у женщины начались роды. Чурсина вспоминала, как её мать вернулась и нашла малышку в картофельной борозде, присыпанную землёй — ещё одно основание для разговоров о «рубашке» и счастливой судьбе.
Однако счастье, увы, сопровождалось комплексами. Рост 177 сантиметров в юности создавал Чурсиной массу неудобств, вплоть до того, что она носила туфли на два размера меньше и стеснялась танцевать с мальчиками. Такой «маскировкой» актриса занималась даже на школьном балу, где попытка обратиться к однокласснику на «Вы» привела к неловкости и извинениям.
В дальнейшем жизнь Чурсиной свела её с самыми яркими фигурами советского кино. Один из весёлых эпизодов связан с Евгением Леоновым на съёмках «Донской повести»: Леонов, увидев высокую Чурсину на каблуках, воскликнул, что не знает, «как сниматься с этой дылдой». Разница в росте стала сюжетом для шуток и фишкой — для общих сцен для Чурсиной даже выкапывали неглубокие ямки.
Романтическая линия вылилась в брак с режиссёром Владимиром Фетиным, старше актрисы на 17 лет. Брак продлился 17 лет — ровно столько, сколько актриса терпела проблемы с алкоголем супруга, прежде чем уйти. Однако рабочие отношения и дружба с Леоновым продолжились, даже после разрыва.
В начале 1980-х появились слухи и подтверждения о новом браке Чурсиной — на этот раз с Игорем Андроповым, сыном генсека СССР. Этот союз позволил ей однажды помочь коллеге — переправить письмо его сыну-эмигранту в США.
Актриса вспоминала многочисленные курьёзы со съёмок, в частности историю, когда ради сцены в отеле в фильме Тамары Лисициан ей спешно нашли партнёра — первого мальчишку в халате, который оказался с ней в одной постели на экране. Сцена не дошла до зрителей в полном виде — цензура отрезала всё, кроме пары кадров с ногами.
Карьера Чурсиной отмечена культовыми работами: роль Дарьи в «Донской повести» стала её прорывом, во многом благодаря тому, что актрису поселили в казачью семью для погружения в быт. За этот образ Чурсина получила приз на Всесоюзном кинофестивале. Следом — «Виринея» и «Журавушка», оба фильма 1968 года. В «Виринее» — образ сильной крестьянки-бунтарки, в «Журавушке» — трагедия и светлота женщины, потерявшей мужа. За последнюю роль Чурсина получила Гран-при (Серебряную раковину) на международном кинофестивале в Сан-Себастьяне — награду, по слухам, ей лично вручила Одри Хепберн.
Последние годы жили «на выживание». В сентябре 2025-го (ошибка в дате — видимо, речь о 2023-м), Чурсина лежала в кардиореанимации Санкт-Петербурга. Диагноз — гипертония, стенокардия, атеросклероз. Много лет Чурсина страдала болезнью лёгких на фоне курения. Неудивительно, что актриса считала счастьем просто проснуться утром и не болеть.
Коллеги и поклонники с грустью вспоминают Чурсину. Валерий Баринов заметил, что она была близким человеком. Николай Лазарев назвал Чурсину «золотым фондом» театра, и подчеркнул: она была настоящей актрисой и человеком. Миллионы зрителей разделяют соболезнования семье актрисы.
Когда в России отмечается смерть народной артистки — это всегда сборище ритуальных речей и воспоминаний длиной в жизнь. Чурсина, дочь пережившей эвакуацию, умудрилась на старте попасть из дымной войны на картофельное поле вместо перинатального центра. И жизнь у неё с самого начала — не как в рекламе пансионата или на открытке. Стеснительная дылда — делает карьеру вопреки, не благодаря. В кино такие метаморфозы теперь случаются только без CGI: копать ямки для уравнивания с партнёрами, банально, а всё-таки честно. Браки с алкоголиком — терпеть, потом исцелять чужие жизни перепиской с Америкой после генсековской фамилии. Все эти «случайные партнёры в халатах», вырезанные сцены с ногами, видною во весь экран — типичный соцреализм, припудренный абсурдом. Одри Хепберн, якобы вручавшая премию, — метафора эпохи: легенда «для галочки», но красивее так. Болезни — не декор, а пунктир всей кончины: курение, карточная судьба отечественного артиста. Коллеги и зрители оплакивают — на фоне золотого театрального фонда, из которого выбавших больше не складывают. Конец — как у всех, но и нет — память работает лучше, чем система здравоохранения.