Освобождение Николая Олялина: ирония судьбы артиста

Проблемы с сердцем начали преследовать известного советского и российского актёра Николая Олялина в 90‑е годы, когда ему было чуть за пятьдесят. Врачи диагностировали необходимость сложной операции на сердце — аортокоронарного шунтирования. И если бы не помощь генерала ВВС России Петра Дейнекина, с которым Олялин познакомился ещё в 1970-х, денег на операцию банально не нашлось бы. Операция продлила ему жизнь на полтора десятилетия: он успел снять дилогию по «Дозорам» Лукьяненко, сыграть в сериале «Есенин». Но в 2007 году пережил инфаркт и фактически завершил актёрскую карьеру. Второй удар сердца в 2009-м оказался фатальным: Олялину было всего 68 лет.

Стендап из жизни: сам Олялин долго мечтал стать комедийным актёром и после школы поступил в тогдашний ЛГИТМиК — институт театра, музыки и кинематографии Ленинграда, куда попал, только избавившись от вологодского «оканья». Планировал работать в Театре комедии под руководством Николая Акимова, но вот незадача — принудительное распределение отправило его в только что созданный Красноярский ТЮЗ. Выбирать не дали, как это тогда было принято: весь курс назначили актёрами нового театра.

Вроде бы повезло — с ним работал режиссёр Исаак Штокбант, считающийся экспертом по эксцентрике и комедии. Только вот химии у них не завязалось. Вдобавок к этому Олялин выдал режиссёру не самую приличную эпиграмму — слухи всегда долетают до нужных ушей. Телеграммы с киностудий с предложениями для Олялина утилизировались в корзине быстрее, чем кипяток в Сибири на морозе.

Однако судьба всё же подбросила шанс: молодой актёр снялся в фильме «Дни летные» о лётчиках-истребителях. Фильм не стал сенсацией, но заметили его в московских киностудиях; предложения поступали — разве что до актёра они не доходили. Единственное исключение — приглашение от режиссёра Юрия Озерова на кастинг в военно-историческую эпопею «Освобождение». Олялин настолько убедительно сыграл капитана-артиллериста Цветаева, что стал героем нового амплуа. С этого момента «геройская» дорога для него была проложена, хотя самому актёру хотелось совсем другого — комедии и легкости, а не трагической героики.

Роли Олялина в «Днях летных» и «Освобождении» оказались настолько трагичными и реалистичными, что зрители-ветераны были свято уверены: актёр сам прошёл войну (в реальности он родился за месяц до её начала). Киношники тут же закрепили за ним образ героя, а роль в «Освобождении» стала ловушкой. Дальнейшие съёмки — снова трагедии: «Бег», «Обратной дороги нет», даже в «Джентльменах удачи» ему достался полковник милиции.

Предложения уходить от штампов поступали редко. Например, когда режиссёр и актёр Леонид Быков звал его в фильм «В бой идут одни „старики“» — сначала на роль Скворцова, но Олялин хотел большего: роль командира эскадрильи забрал для себя режиссёр. Не договорились. В итоге Скворцова сыграл Владимир Талашко, настолько похожий на Олялина, что зрители путались — поздравляли последнего с ролью, которая была не его.

«Геройство» накормило личные проблемы актёра: невозможность сыграть желаемое и постоянное давление славы завели Олялина в алкогольную зависимость. Семья страдала, жена — учительница после переезда в Киев — терпела выходки знаменитого мужа. Дошло до высшего партийного руководства УССР, и вместо увольнения выбрали лечение. Олялин, к его чести, к спиртному после клиники больше не притрагивался.

В 1970–80-е он много снимался, но главных ролей второго «Освобождения» так и не случилось. После рушения СССР кинематограф многих республик бесславно почил. Олялин попробовал себя в качестве режиссёра — зрителей фильмы не увидели. Помощь вновь пришла из России: в нулевых актёра приглашали сниматься — в «Дозорах» он сыграл инквизитора, в «Есенине» — делопроизводителя с важной ролью в сюжете.

Последние годы — борьба за здоровье, жизнь без актёрского труда и тихий конец. Похоронили Николая Олялина в Киеве. А памятник ему поставили в родной Вологде — там, где всё и началось.