Владимир Ворошилов: голос вне кадра, который создал целую эпоху

В истории советского телевидения имена настоящих создателей культовых передач часто теряются за кулисами. Все знают, что Александр Масляков — бессменный ведущий КВН, а вот кто придумывал передачи вроде "Клуба веселых и находчивых" или "Спокойной ночи, малыши!", помнят редко. Но с главным интеллектуальным шоу страны "Что? Где? Когда?" все просто: его породил, обласкал и вылепил Владимир Ворошилов.

Ворошилов (в миру Калманович) начинал свой путь вовсе не с телевидения, а с театральных подмостков, где его авантюризм иногда доводил репутацию до состояния заваренного стирального порошка. Его и из театра бывали случаи, выпроваживали — за попытку сломать потолок в "Ленкоме"! Но к ТВ он пришёл уже с опытом не только будто бы рисования плакатов в оккупированной ГДР, но и режиссёрским дипломом в кармане.

Начало на телевидении — 1969 год, программа "Аукцион". Обновленный подход: телевизионная викторина, и тут же реклама продуктов вроде консервированных кальмаров, которые вошли в массы. Программа, правда, прожила всего шесть эфиров — слишком выделялись таланты Ворошилова, и его убрали "за штат".

Зато шедевр родился в 1975-м — игра без рекламы, чисто интеллектуальная, как раз в ту эпоху, когда страна перешла на книги вместо пряников. Формат "Что? Где? Когда?" выверяли на практике пару лет. Главным техническим новшеством стал сам формат — ведущий за кадром. Не то руководство запретило появляться в эфире, не то пользовался тайной для пущего мистицизма. Его голос стал узнаваемым до фантомных болей — миллионы знали тон и интонации, но в лицо бы не узнали, если встретят Ворошилова на улице.

К 1980-м "Что? Где? Когда?" разрослось: появились команды, клубы знатоков, призы — только книги, а чего другого в стране книгочеев быть не могло. Ворошилов вместе с телередактором Наталией Стеценко (и женой по совместительству) даже приобрел американский формат "Любовь с первого взгляда", потом прилепил к портфолио ещё и "Брейн-ринг". В конце концов клуб стал международным, а права фактически перешли к Ворошилову.

Персональная жизнь — за крепкими дверями. Даже фамилию получил от первой жены, а во втором браке отчимствовал будущему ведущему Борису Крюку. В 2001 году жизнь гения оборвал инфаркт. На его похоронах раздались те же слова, которыми заканчивалась каждая игра: будущее клуба теперь не с голосом Ворошилова, но с эхо его находчивости.

А за кадром остался Крюк, тоже предпочитавший голосовую анонимность. Эпоха тайных гениев закончилась, но страна навсегда запомнила ту самую интонацию: строгую, чуть ироничную и всегда зависающую над студией, как облако лёгкого скепсиса.