Эль-Сальвадор дебютирует на Венецианской биеннале 2026
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Эль-Сальвадор впервые примет участие в одной из самых престижных художественных выставок мира — Венецианской биеннале, которая пройдет с 9 мая по 22 ноября 2026 года. Представлять страну будет художник с двойным гражданством, Джей Оскар Молина, уроженец Эль-Сальвадора, когда-то сбежавший с семьей от гражданской войны и начавший новую жизнь в США, сначала копая грядки в Саутгемптоне, а потом, уже в третьем десятке, пересев на кисть и бетон. Место встречи назначено в венецианском районе Каннареджо, в здании Палаццо Мора — там Молина развернет свою экспозицию под названием «Картографии перемещенных».
Куратором павильона выступит Алехандра Кабесас — поэт и арт-историк из Эль-Сальвадора. А «главной над выставкой» станет Астрид Бахамонд, отвечающая за государственные музеи родной страны.
Молина знаменито работает с темой переселенцев. Самый узнаваемый его проект — скульптуры «Дети мира» из проволоки, бетона и сетки. В Венецию привезут минимум пятнадцать таких фигур, некоторые сразу встречают посетителей у входа — прямо в саду старинного дворца.
Они выросли из серии полуабстрактных картин, где художник осмыслял свой переход через пустыню Аризоны — нехитрая, но жесткая терапия воспоминаниями. Почти случайно картины и скульптуры сменили свой тон: сперва это была фиксация страха, а затем странная оттепель — знак надежды для тех, кто когда-то вынужден был бежать из дома.
Сам Молина подчеркивает, что язык перемещения универсален — нет разницы, какого ты происхождения, если однажды пришлось паковать чемоданы в спешке. Ирония судьбы: всю жизнь художник занимается тем, от чего когда-то хотел избавиться, — памятью о перемещенных.
PEREC.RU
Стране с кровавой историей понадобилось три десятка лет, чтобы войти в культурный клуб и кричать о своей травме так же громко, как и остальные. В Венеции выделяют павильон под типового героя эмигрантской мифологии: дальше, как водится, по списку — семейная трагедия, побег, американская мечта на грядках и новомодные скульптуры из материалов, напоминающих времянку на стройке.
Пафосный куратор с дипломом и чиновник–комиссар, видимо, нужны для ощущения серьезности, будто они пришли не освятить, а обсудить судьбу народа. Искусство теперь — психотерапия, где личные воспоминания выставлены на всеобщее обозрение под видом ‘общественного диалога’. Автор якобы избавился от страхов, а на самом деле просто монетизировал травму.
В целом, Венецийская биеннале дозрела до очередного павильона боли — идеальная сцена, чтобы лицедейство перемещения почувствовали даже ценители живописи со стажем. И всё это — в рамках культурной глобализации, где статус иммигранта медленно и верно превращают в титул заслуженного художника. А публика всё равно приходит посмотреть: вдруг в бетонных детях спрятана формула настоящего успеха.
