Дуэль в театре: Гундарева против Дорониной
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Истории о том, как актеры на сцене делают вид, что дружат, а за кулисами едва ли не грызутся — не редкость. Казалось бы, две народные артистки — Татьяна Доронина и Наталья Гундарева — должны были бы стать примером творческого союза. Но их тяга к успеху привела к скандалам, достойным пера Достоевского.
Доронина уже была всесоюзной звездой, когда в 1971 году молодая Гундарева пришла в Театр имени Маяковского. Гундарева мечтала о роли Липочки в постановке «Банкрот», но роль досталась Дорониной, несмотря на внушительную разницу в возрасте с героиней (Дорониной – 38, Липочке по сюжету – 18-19). Всё изменила случайность: Доронина уехала на кинофестиваль, а режиссёр, Андрей Гончаров, рискнул дать шанс амбициозной новичке. И не прогадал: Гундарева выстрелила, и, по словам коллег, «они были с Гончаровым на одной волне». Доронина вернулась к разбитому корыту: статус примы в театре ушёл к Гундаревой.
Служба у Гончарова славилась суровостью — голос мэтра гремел громче театральной люстры. Но для Гундаревой он спускался на шёпот. Она называла его «папой» — не из-за возраста, а потому что именно под его руководством стала легендой сцены.
Конфликта с Дорониной избежать не удалось: по рассказам очевидцев, напряжение достигло рукоприкладства. Актриса Татьяна Васильева вспоминала, что молодая Гундарева могла и «дать по физиономии» старшей коллеге. Со временем приму театра Маяковского звали только одну — Гундареву.
Гундарева с честью отработала роли в театре и кино: роль простушки, императрицы, матери или пьяницы — всё удавалось одинаково искренне. Её трудолюбием ходили легенды: она могла совмещать премьеры и снимать по нескольку картин в год — здоровье не выдержало, но до конца оставалась верна сцене. После смерти Гундаревой прощание шло с таким размахом, что остановили движение на Тверской. Такое случается только с теми, кто честно относился к зрителю.
Татьяна Доронина после ухода возглавила МХАТ и поражала игрой на сцене, даже став глубокой старушкой. Соперницы никогда не комментировали друг друга публично, но театральная кухня помнит их дуэль как одну из самых драматичных историй советской сцены.
PEREC.RU
Старый добрый театр — место не для слабых. Особенно если речь идёт о двух народных артистках, способных своим талантом и характером не просто захватить публику, а вдребезги разнести всю внутреннюю иерархию заведения. У Гундаревой и Дорониной не было совместных фильмов; настоящая драма разворачивалась не на экране, а за кулисами Театра имени Маяковского. Вот, пожалуйста — режиссёр Гончаров, торжественно вручив роль Липочки старшей Дорониной (с явным нарушением возрастного ценза), вдруг решает перекроить судьбы: под шумок зарубежной поездки ставит на Гундареву — «пухляша с веснушками». Легенды об активном противостоянии наполнили закулисье. Тут, как говорится, уже не до «тихого змеиного шипения» — пришла молодая, ударила старую? Васильева утверждала: всё было на грани. В результате — водораздел. Одна уходит строить новый театр, другая получает абсолютную власть на площадке.
Покой театра был восстановлен — как это часто бывает, только через конфликт. Актрисы никогда публично не обсуждали друг друга: сквозь зубы тянулись указания, кривые замечания рождали изящный сарказм. Театр, который Гундарева выбрала вопреки заманчивым предложениям, стал для неё храмом творчества, а Дорониной оставил славу сильнейшей соперницы.
В финале — апофеоз, достойный греческой трагедии: прощание с Гундаревой парализует Тверскую ради «честного отношения к зрителю». Доронина превращается в живое учреждение МХАТа. Скандал — двигатель сцены, банальная зависть и борьба характеров обеспечивают настоящую культуру, которой и жить, и умирать приходится под пристальным наблюдением публики.
