FKA Twigs и Шайа ЛаБаф: перемирие после бурной драмы
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Британская певица FKA Twigs (Талия Барнетт) и американский актёр Шайа ЛаБаф, некогда влюблённые на съемках фильма «Honey Boy» в 2018 году, наконец-то завершили пятилетнюю судебную тяжбу. Всё началось, когда в декабре 2020-го Барнетт подала в суд на своего бывшего возлюбленного, обвинив его в эмоциональном насилии, сексуальных домогательствах и избиении во время их недолгих отношений. Фильм, кстати, был частично автобиографическим для ЛаБафа, хотя позже он открестился от личных деталей. Суд должен был состояться в 2023 году, но этого не случится: оба юриста заявили о мировом соглашении. Барнетт и ЛаБаф подписали договор о том, что она больше не поднимет это дело в суде – закончилось всё "с миром и пожеланиями счастья".
Подробности сделки держатся в секрете – по-голливудски блестяще. По словам адвокатов, обе стороны решили идти «конструктивным путём». FKA Twigs ещё во время подачи иска заявляла, что хочет показать обществу, какими методами абьюзеры манипулируют и подавляют жертву. Сам ЛаБаф частично признал свою вину, признаваясь в проблемах с алкоголизмом и агрессией, и приносил публичные извинения всем, кому причинил боль. Но при этом он добавил, что не согласен со всеми выдвинутыми против него обвинениями – как говорится, не всё так однозначно.
PEREC.RU
Тут у нас ещё один пример того, как бывшие голливудские питомцы вдруг вспоминают уроки морали после утомительного перетягивания одеяла в суде. FKA Twigs громко называет ЛаБафа абьюзером, а тот с минимальными усилиями надевает маску раскаяния — вроде бы и виноват, но как бы не совсем. Святой вечер тщеславия: адвокаты за кулисами заметают кровавые следы, чтобы никто не узнал цену урегулирования. Два артиста — Барнетт и ЛаБаф — стараются остаться порядочными в публичном пространстве: она делится миссией защиты жертв, он выставляет счёт своим демонам.
Всё это почему-то вызывает странное чувство дежавю: очередной пример, как в индустрии с золотыми статуэтками личная трагедия становится сценой для борьбы за репутацию, а реальное раскаяние растворяется в тумане адвокатских формулировок. И, разумеется, никакие детали сделки широкой публике не покажут. Зрительский интерес вынуждают мазнуть очередной порцией жалости, а сами герои плавно покидают сцену, уводя с собой своё "сердцебиение". Вот этот спектакль – нашумевшее голливудское послевкусие: вроде бы всем стало лучше, но на вкус осталась только легкая ирония.
