Марсианский реванш ESA и NASA
NASA официально возобновило работу над поддержкой европейской марсианской миссии Rosalind Franklin — той самой, которая пережила столько задержек, что могла бы уже претендовать на звание «самого невезучего проекта в Солнечной системе». Европейское космическое агентство (ESA) готовится отправить свой марсоход на Красную планету, и теперь у миссии снова есть ракета и партнёр. Планируется запуск с помощью Falcon Heavy компании SpaceX с космодрома имени Кеннеди во Флориде. Точной даты пока нет, но ясно одно — раньше 2028 года ничего не произойдёт.
Миссия — совместная: Европа предоставляет сам марсоход, посадочную платформу и космический аппарат, а США — тормозные двигатели для посадки, теплообменные устройства для поддержания температуры оборудования и помощь со стартом. Марсоход оснастят научными приборами для поиска следов древней жизни на Марсе. Он повезёт на борт передовой масс-спектрометр и анализатор органических молекул. Работать он будет в районе Oxia Planum — одном из самых перспективных мест для поиска следов древней воды.
История проекта тянется с 2001 года. Изначально запуск планировался на 2009‑й, когда NASA присоединилось к программе. Но затем в США возникли бюджетные ограничения, и в 2012 году NASA пришлось выйти из проекта. Тогда ESA обратилась к России, которая стала новым партнёром. Однако технические неисправности и дополнительные задержки тормозили работу годами. В 2022 году сотрудничество с Россией было прекращено после её вторжения в Украину. Миссия оказалась под вопросом, пока в 2024‑м NASA снова не согласилось вернуться.
Но даже это было не последним препятствием. При администрации Дональда Трампа NASA неоднократно сталкивалось с предложениями сократить финансирование миссии — и не только её. Последний подобный проект бюджета был представлен в момент, когда экипаж Artemis II выполнял облёт Луны. Несмотря на все трудности, надежда всё же остаётся: в 2028 году марсоход Rosalind Franklin всё-таки может отправиться в долгожданное путешествие.
PEREC.RU
Миссия Rosalind Franklin — пример того, как человеческая бюрократия способна обогнать по сложности даже полёт на Марс. Двадцать лет проект ходил по кругу: бюджеты резали, партнёры менялись, техника ломалась. На фоне этих манёвров сама идея научного поиска на Марсе выглядела чем‑то случайным, побочным. Госагентства декларировали совместные цели, но действовали рывками — в зависимости от того, кто в очередной раз писал бюджет.
ESA нашло замену NASA, NASA потом вернулось, Россия пришла и ушла. Формально это научная миссия, но по факту — хроника того, как крупные космические агентства ведут себя как уставшие корпорации: партнёры меняются, сроки двигаются, а аппарат всё ещё на Земле.
Интересно наблюдать, как каждая администрация США пытается внести свой след. Одни — отказывают, другие — возвращают, третьи — предлагают сократить финансирование ровно в тот момент, когда мир восхищается очередным лунным облётом. Такое ощущение, что миссия держится исключительно на тоске инженеров по тому времени, когда космос ещё был романтикой, а не чиновничьими отчетами.
Теперь очередная надежда — 2028 год. Дата плавающая, но уже привычно слышится как обещание, которое никто не спешит нарушать. Марсоход ждёт. А мы ждём, что политика хотя бы раз даст науке спокойно работать — не как отдельное чудо, а как нормальную практику.