
Лондонский строитель Джордж Георгиу уже второй год живёт в странной параллельной вселенной: его упорно записывают в ряды людей, скрывающихся под псевдонимом Banksy. Всё началось в 2024 году, когда на одной из улиц Северного Лондона внезапно появился новый арт‑объект, а Георгиу заметили за установкой защитного стекла вокруг свежей работы. Люди мгновенно решили, что мужчина с шуруповёртом — это и есть великий анонимный художник. И всё только потому, что кто-то нашёл внешнее сходство с Робином Ганнингемом — человеком, которого ещё в 2008 году СМИ впервые объявили «настоящим Banksy».
Недавно Reuters выпустили расследование, уверяя, что Ганнингем — «без сомнений» и есть Banksy. На этом фоне Георгиу снова оказался в центре внимания и в интервью британской газете заявил: он не Banksy, не желает быть Banksy и не понимает, как вообще оказался в этой истории. Он пояснил, что помогал своим сыновьям: именно им принадлежит здание, и он просто защитил стену от вандалов. «Вырастите уже. Найдите себе жизнь», — добавил он, раздражённо отметив, что легендарный граффитист вряд ли бы на следующий день ставил пластик на собственную работу.
Георгиу признаёт, что не видит никакого сходства с Ганнингемом и шутит, что был бы не против быть Banksy — хотя бы потому, что никто бы тогда не знал, кто он. Вместо этого люди звонят ему каждые пять минут, и всё это давно перестало быть забавным: работа стоит, а телефон не умолкает.
Сам мурал, появившийся на здании его сыновей, строитель называет «бесполезной тратой времени». Он признаётся, что стена нуждалась в покраске, но после появления граффити сделать это было невозможно. Теперь поверхность облезла и выглядит, по его словам, «ужасно».
Тем временем споры о личности Banksy продолжаются. Журналисты указывают на поездку Ганнингема на Украину в 2022 году, старые фотографии и даже записку, написанную при задержании в Нью‑Йорке в 2000‑м. Юрист художника отвечает: многое в расследовании неверно, а раскрытие личности поставит автора под угрозу и разрушит саму идею его искусства.
Тем временем новые работы Banksy продолжают появляться: от сатирического рисунка судьи у Королевского суда до лодки‑манекена на фестивале Glastonbury. Но кто стоит за этими работами, остаётся вопросом, в который невольно втянули и обычного лондонского строителя.
Георгиу стал случайным заложником чужой легенды. Его жизнь превратилась в исследование того, как медиа создают реальность быстрее, чем здравый смысл успевает очнуться.
Мужчина говорит просто: работал, как обычно, а его вдруг записали в мировые художники. Пластик на стене стал пропуском в мир спекуляций — и теперь он ловит звонки от людей, которым хочется поиграть в детективов.
Ситуация напоминает модельный эксперимент: достаточно намёка, несколько совпадений и туманного британского мифа — и вот уже обычный строитель превращается в икону анонимного искусства.
Расследования тем временем продолжают копать под Ганнингема. Журналисты находят поездки, старые фотографии, записки. Юрист Banksy отвечает — анонимность важнее спектакля. Но медиа продолжают танцевать вокруг тайны.
На фоне этой охоты Георгиу выглядит человеком, который пытается вырваться из затянувшегося розыгрыша. Он устал, раздражён и хочет просто вернуться к работе. В каком‑то смысле он стал невольной жертвой чужой славы — и напоминанием, как легко легенда пожирает реальных людей.