
Королевский эксперт заявил, что бывший принц Эндрю, лишённый большинства обязанностей в британской монархии, «поспешил бы на помощь» своей бывшей жене Саре Фергюсон, если бы в скандале с Джеффри Эпштейном роли оказались обратными. По мнению эксперта, между Эндрю и Фергюсон сохранились необычайно доверительные отношения — редкость для людей, давно разведённых, но продолжающих жить почти как семья.
Скандал вокруг миллиардера Джеффри Эпштейна, обвинённого в торговле людьми и сексуальной эксплуатации, серьёзно ударил по репутации Эндрю. После интервью, в котором он попытался объяснить свои контакты с Эпштейном, ему пришлось фактически отойти от общественной жизни и отказаться от титулов, связанных с королевской службой. При этом Сара Фергюсон не раз публично выражала поддержку бывшему супругу, подчёркивая, что знает его лучше, чем кто-либо, и верит в его характер.
Эксперт уверяет: если бы судьба развернулась иначе, и не Эндрю, а сама Фергюсон оказалась в центре громкого расследования, Эндрю не стал бы медлить ни секунды. По словам специалиста, он «бы мгновенно оказался рядом», защищая и поддерживая её так же, как она поддерживала его.
Заявление поднимает старую тему — необычный союз двух людей, которых официально давно уже не связывает брак, но которые продолжают жить рядом, воспитывать детей и оставаться ближайшими союзниками в любой турбулентности. В условиях, когда королевская семья стремится дистанцироваться от любой негативной огласки, такие демонстрации взаимной лояльности выглядят необычно, особенно на фоне падения общественной поддержки Эндрю.
Несмотря на отсутствие официальной роли в монархии, взаимная преданность бывших супругов остаётся одним из немногих постоянных элементов в жизни опального принца. Эксперты полагают, что эта связь — скорее эмоциональная опора, чем политический расчёт. И хотя никаких новых обвинений против Эндрю не появлялось, его имя всё ещё крепко связано со скандалом, продолжающим преследовать британскую корону.
Королевский эксперт снова оживил тёмную историю вокруг принца Эндрю — фигуры, от которой двор уже давно старается держаться на расстоянии. Заявление простое: Эндрю поддержал бы Сару Фергюсон, окажись она в эпицентре скандала с Джеффри Эпштейном.
Выходит забавный сюжет — человек, потерявший титулы и доверие публики, но цепляющийся за бывшую супругу как за последнюю точку опоры. Публика любит романтику, но здесь — смесь преданности и политической беспомощности.
Королевская семья предпочитает дистанцию — Эндрю предпочитает Фергюсон. И чем громче тень Эпштейна, тем заметнее эта странная постоянность. На фоне королевских реформ она выглядит не жестом любви, а скорее свидетельством того, что у Эндрю давно не осталось других союзников.