
После сообщения о смерти ударника и одного из основателей легендарной фолк‑панк группы The Pogues, Эндрю «The Clobberer» Рэнкена, соцсети заполнили слова скорби. Рэнкен, которому было 72 года, стоял у истоков коллектива: именно он помог собрать первую версию группы ещё в 1983 году. На всех студийных альбомах и выступлениях The Pogues до их перерыва в 1996 году именно его барабаны задавали характерный, узнаваемый ритм. За это он и получил прозвище «The Clobberer» — что‑то вроде «Молотильщик». Иногда Рэнкен даже исполнял вокальные партии.
О смерти музыканта сообщили сами участники The Pogues. Они назвали его «сердцем группы» и поблагодарили за дружбу, острый ум и щедрость — качества, которые, по их словам, были не менее важны, чем музыка. Фанаты в комментариях вспоминали редкие моменты, когда Рэнкен пел — например, его исполнение ирландской баллады Danny Boy в небольшом баре Нового Орлеана.
Музыканты, выступавшие вместе с ним, также откликнулись: многие подчеркивали, что Рэнкен был удивительно скромным человеком, который при этом владел уникальной манерой игры. Некоторые вспоминали совместные концерты с участием других членов The Pogues, уже ушедших — как Даррил Хант и недавно умерший фронтмен Шейн МакГауэн, скончавшийся от пневмонии в 2023 году.
После ухода МакГауэна группа всё же отправилась в первый за десять лет тур, привлекая разных артистов для замены вокала. Они отмечали 40‑летие альбома Rum Sodomy & The Lash — одной из ключевых работ в истории фолк‑панка. Рэнкен же в последние годы выступал с блюзовой группой The Mysterious Wheels и участвовал в коллективе hKippers.
Теперь поклонники говорят, что «мир стремительно теряет музыкантов The Pogues», и в этом есть что‑то болезненно точное: с каждым уходом становится понятнее, что эпоха, подарившая нам эту дикую, рваную, нежную музыку, медленно уходит вслед за её создателями.
Ударник The Pogues Эндрю Рэнкен умер, и соцсети сразу начали выстраивать хор скорби. Группа назвала его своим сердцем, фанаты — незаменимым голосом ритма. Все вспоминают, как он умел быть тихим, но делать громкую музыку. Его уход напоминает, что вместе с музыкантами исчезают целые эпохи — но мы упрямо продолжаем слушать их записи, будто время можно обмануть.