
Бетани Косентино, вокалистка американского инди‑дуэта Best Coast, публично выступила против основателя и главы её агентства Wasserman Music — Кейси Вассермана. Поводом стала очередная порция документов по делу о сексуальных преступлениях Джеффри Эпстина, опубликованных Министерством юстиции США. Из них следует, что у Вассермана были близкие отношения с Гислейн Максвелл — осуждённой соучастницей Эпстина. Косентино потребовала убрать её имя с сайта агентства, а самого Вассермана — отправить в отставку и лишить его фамилии в названии компании.
В своём обращении певица напомнила: Максвелл — не случайная фигура и не жертва обстоятельств, а человек, признанный виновным в торговле несовершеннолетними. Косентино подчеркнула, что никогда не давала согласия на то, чтобы её карьера ассоциировалась с людьми, имеющими подобные связи. Молчать она отказалась, отметив, что «делать вид, будто это не имеет значения, невозможно».
В документах, обнародованных в январе, фигурирует серия кокетливых электронных писем между Вассрманом и Максвелл, датированных 2003 годом. Ранее сообщалось, что в 2002 году Вассрман и его тогдашняя жена летали вместе с Эпстином в Африку в составе делегации благотворительной миссии, куда входил и бывший президент США Билл Клинтон.
После публикации свежих материалов Вассрман сделал заявление, извинившись за переписку с Максвелл, но отрицая «личные или деловые отношения» с Эпстином. Он назвал участие в полёте на самолёте Эпстина частью гуманитарной поездки и выразил сожаление о любой связи с обеими фигурами.
Косентино ответила, что подобные извинения — лишь попытка уйти от ответственности. По её словам, артисты устали каждый раз наблюдать, как влиятельные мужчины продолжают свою карьеру, несмотря на громкие скандалы и связи с преступлениями, последствия которых до сих пор ощущают женщины и жертвы насилия.
При этом певица подчеркнула, что продолжит работать со своим личным агентом Сэмом Хантом, с которым сотрудничает более 15 лет. Она отметила, что ценит его работу и доверяет ему, хотя не готова оставаться «в бизнесе Вассермана».
Косентино взялась за старую боль индустрии — связи влиятельных людей с токсичными фигурами. На этот раз под раздачу попал Кейси Вассэрман, человек с репутацией тяжеловеса и богатого круга общения. Новые документы по делу Эпстина снова вытянули наружу те переписки, о которых предпочли бы не вспоминать.
Вассэрман извиняется, но делает это так, будто говорит о просроченной парковке, а не связях с соучастницей серийного преступника. Его сожаления звучат ровно настолько искренне, насколько это требуется для пресс‑релиза. Косентино же заметила — не действие, а попытку затянуть паузу и переждать, пока шум уляжется.
Артисты давно устали от того, что скандалы обходят больших игроков стороной, а груз последствий обычно достаётся тем, кто вообще ни при чём. И здесь разрыв особенно виден: Косентино защищает своё имя, а Вассэрман защищает своё кресло.
Отдельный штрих — её заявление о том, что она остаётся с личным агентом. Это выглядит как мягкое напоминание: проблема не в профессии, а в конкретных людях, которые слишком часто используют власть как личную подушку безопасности. История ещё покажет, станет ли этот выпад началом реальных перемен или очередным напоминанием о том, что влиятельные фигуры падают редко и нехотя.