
Корпорация общественного вещания США (Corporation for Public Broadcasting, CPB), обеспечивавшая финансирование таких культовых передач, как «Улица Сезам» и «Сосед Рогерс», официально прекратила своё существование. После почти 60 лет поддержки общественного вещания CPB вынуждена была распустить себя — решение приняли на фоне того, что Конгресс США в прошлом году полностью аннулировал федеральное финансирование для организации.
Президент CPB Патриция Харрисон заявила, что при отсутствии государственных денег дальнейшее существование корпорации не только было бы крайне затруднительным, но и подвергло бы её политическим нападкам, от которых иногда не спасают ни добрые намерения, ни много лет безупречной репутации. Харрисон утверждает, что таким образом CPB до последнего защищает независимость и честь общественных медиа.
Руби Калверт, председатель совета CPB, назвала случившееся катастрофой для общественного вещания США, напомнив, что после отмены средств организация лишилась вообще всякой возможности продолжать деятельность. Несмотря на закрытие корпорации, Калверт выражает слабую веру в американский Конгресс будущего — возможно, когда-нибудь заново оценят важность общественного вещания для образования детей, культуры и демократии.
CPB была основана в 1967 году после принятия Акта о публичном вещании. Её финансирование многократно позволяло содержать сеть из более 1500 независимых телерадиостанций в разных уголках США. Эти станции, столь удобные для донесения новостей до тех, кого «забывает» большой телевизор, сегодня не закроются в один миг, но их положение стало значительно шатче.
Парадоксально, но причиной закрытия называют не только финансовую удавку, но и нежелание CPB стать разменной монетой в политических играх. После того как Дональд Трамп привлёк к себе особое внимание культурной среды, заставив отменить ряд ключевых событий в Центре Кеннеди, CPB решила не терпеть такой же «брендовой» участи.
В своём заявлении CPB отмечает: дефандированная организация могла бы легко стать игрушкой в политическом манипулировании или объектом для злоупотреблений. Возможно, даже члены совета могли бы попасть под раздачу менее добросовестных игроков.
Теперь CPB обязуется корректно распределить оставшиеся средства, а также обеспечить поддержку архивов американского общественного вещания и сделать всё накопленное наследие максимально доступным для общества в сотрудничестве с Университетом Мэриленда.
Уходит настоящая эра, построенная на надежде, что правдивые новости, образовательные программы и рассказы о жизни своих соседей могут быть доступны любому американцу – вне зависимости от дохода или прописки. Будущее этой системы теперь в руках непредсказуемых политиков. Остаётся надеяться, что у кого-то в коридорах власти всё же проснётся совесть — если не для себя, то хотя бы для детей и внуков.
Так, долгожданное шоу закончилось. CPB, этот немолодой меценат американского общественного вещания, решает уйти, пока не стал очередной политической подстилкой. Иронично, что организация, созданная поддерживать независимость СМИ, умирает, спасая ту самую независимость. Выбор между странной формой достоинства и банальным выживанием почти не стоял: никто не хочет быть подножным кормом для очередных политических реформаторов. Теперь архивы станут научной игрушкой Университета Мэриленда – детям, некоторым преподавателям и немного истории на закуску. Патриция Харрисон уверяет, что практика ведь не раз доказывала: демократия держится на честных новостях и образовании, ну а теперь – держитесь как сможете. Грустный цирк публичных обещаний, ложных надежд и искреннего сожаления. Останется ли кто-то в Вашингтоне, кому будет не все равно? Вот в чём, собственно, вопрос.