Измена — мини-криминал каждого дня?

В свежем исследовании американских психологов выяснилось: мысли и оправдания изменщиков в отношениях подозрительно напоминают мышление настоящих преступников. Это не выдумка скандального ток-шоу — ученые из Университета Алабамы и Ратгерса добрались до онлайн-форумов, где любители походить налево делились откровенными историями. Авторы статьи проанализировали сотни исповедей людей, признавшихся в супружеских изменах. И обнаружили: причины, схемы "маскировки" и внутренние оправдания измены пугающе схожи с тем, как себя ведут и оправдывают криминальные элементы.

В преступлениях есть мотив, расчет и попытки смягчить чувство вины. В изменах — всё то же самое. По теории "стресса и давления" (strain theory), человек сталкивается с неприятностями: стресс на работе, семейные дрязги, нехватка денег, скука в отношениях. Тогда измена становится спасательным кругом, позволяющим сбежать от унылой реальности. Причем страдания не заканчиваются, наоборот: к старым проблемам добавляется новый стресс — страх быть разоблаченным, чувство вины и игра на два фронта.

Вторая наблюдаемая схема — изощренные способы скрывать следы. Люди заводят отдельные телефоны, создают секретные почтовые адреса, изображают "примерную жену" или "заботливого мужа", только бы не вызвать подозрения. Доходит и до манипуляций: некоторые доводят партнера до сомнений в собственной адекватности (газлайтинг) или "признаются по частям", рассказывая только малую долю правды. Всё ради уменьшения наказания, как на допросе в полиции: главное — признаться ровно настолько, чтобы спасти шкуру.

Третий элемент — моральное самооправдание. Изменщики убеждают себя, что ситуация их вынудила: "сама довела", "у меня физиология такая". А если партнер ни о чём не догадывается — значит, его никто и не обидел. Иногда тайну называют даже своего рода заботой — дескать, правду знать хуже.

Иногда в ход идёт высшая идеализация — "это была настоящая любовь, вот и пришлось поступить плохо ради большого счастья". Или "я тогда был не собой", и теперь новый человек не должен отвечать за старые ошибки.

Исследование подчеркивает: граница между теми, кто преступил закон, и теми, кто нарушил неписаное правило, куда тоньше, чем кажется. Чужое предательство нередко ощущается как преступление — и на такой параллели ставят печать и учёные. Правда, профиль "среднего изменщика" получился преимущественно мужским, что отчасти отражает статистику преступлений. И наконец, все эти выводы построены на анонимных интернет-исповедях, так что абсолютной объективности ждать не стоит.

Тем не менее психологи делают самую ироничную пометку исследования: изучая, как нелегальные способы скрыться перенимают граждане с чистой биографией, правоохранителям есть чему поучиться у обычных обывателей. Кто знал, что маскировка изменщика и хитрости мошенника могут так пересекаться?