Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Оказаться на фестивале Sziget — это всё равно что шагнуть в параллельную реальность, где даже венгерское лето внезапно становится похожим на нескончаемый психоделический калейдоскоп. Там, где обычная жизнь пахнет офисным кондиционером и скомканными пятницами, на третий день фестиваля вы уже обретаёте новую, по-настоящему яркую версию себя. Возвращаться в «обычное» существование становится практически абсурдной затеей — ведь возможность зажечь с Florence + The Machine или отплясывать под Fcukers так и манит на «Острове свободы». И что, спрашивается, удержит вас в реальности, если есть такое расписание? Третьи сутки главного венгерского фестиваля были насыщены танцами, музыкальными откровениями и, конечно, фейерверками ночной жизни.
Florence + The Machine устроили шоу уровня «Ари Астер снимает концерт»: эпично, местами пугающе, но при этом до невозможности увлекательно. Флоренс, вдохновлённая solstice — солнцестоянием, прямо предложила жертвоприношения (естественно, театральные), а когда публика стала рваться на плечи друг другу, начался собственный языческий праздник, полный иронии и музыкального великолепия. Открыла всё это безумие песня 'Everybody Scream' — заглавный трек мистического альбома номинанта на Mercury Prize 2025 года, написанный после тяжёлого жизненного испытания — внематочной беременности, которая едва не стоила певице жизни. Сцена задымила, поддержка в готических платьях, и в какой-то момент казалось, что, случись это ночью затмения, все мы давно были бы приняты в ряды лягушек. Флоренс командовала залом как главная жрица, раскручивая толпу словно власоносный шаман с десятками тысяч под гипнозом. На несколько секунд она даже замерла, поразившись самой себе — а потом вернулась к колдовству.
Чем занимались Fcukers? Ну, эти ребята всегда знают, как врубить вечеринку на максимум. Вчера они явились народу Будапешта впервые, распахнув объятия под 'If You Wanna Party, Come Over To My House'. Группе удаётся парадокс: работать с крупной аудиторией фестиваля так, словно они тусуются с друзьями в подвале — на сцене все равны, ничто не мешает подмигнуть Флоренс, а Шэнни Уайс только и спрашивает: «Вам нравится тусить?» Ответ — разумеется, и даже охрана превращается в танцпол. Но главное: даже в освещённом неоном шатре и с армией танцующих, Fcukers помнят о своей позиции. Басист Джексон Уокер Льюис напомнил: шоу — это безопасное пространство для всех, кто не согласен жить в дистопии. Прямо со сцены прозвучало: «Чёрт с Трампом, чёрт с нашим правительством и миллиардерами. Хватит войн, хватит дата-центров, пора строить мир для всех». Вот такой манифест посреди веселья.
На разогреве у Lewis Capaldi публика видела философа в футболке с надписью «NO SCOTLAND NO PARTY» — скромный 29-летний шотландец сыграл «час весьма депрессивной музыки», но никто не ушёл домой. Всё благодаря фирменному юмору Капалди — его концерт больше похож на стендап-шоу с поп-роковым сопровождением. В числе первых — бодрый 'Hollywood', жизнерадостный 'Grace'. После них Капалди объявил: «Дальше вас ждут только депрессия и боль», но толпа лишь заревела в восторге. Даже прыжки банджистов мэтр превратил в коллективный аттракцион, заставив трибуны скандировать. Смех был заразителен, а настроение — выше всех границ.
Не всякий выдержит публику после полуночи, когда хронический недосып пахнет свежей травой. Но Manchester's Antony Szmierek — особый герой: его сет в 01:30 не позволил публике заскучать ни на минуту. Он смешивал слово и бит с английской остроумностью, мастерски сближая друг с другом тех, кто остался вытанцовывать до рассвета. Сцена становилась танцполом, он спускался в зал, а под 'The Words To Auld Lang Syne' все праздновали свой маленький Новый год. Новый альбом Szmierek — 'Decoding Birdsong' — представил, как минимум, надежду на то, что завтра снова захочется жить на полной громкости.
На третий день Sziget ни у кого не осталось сомнений: жизнь в реальности — это где-то там, на паузе. На острове, где ночь не кончается, а музыка сильнее сна.
Sziget 2026, третий день. Всё, что происходит — будто издевка над офисной нелепостью. Флоренс Уэлч выходит на сцену, будто сошла с обложки альбома “Шизоидное солнцестояние”, и теперь рулит двадцатью тысячами неофитов. Картинка будто из нарезки хоррор-оперы: готика, платья, чёрный юмор на тему жертвоприношений, и все хлопают, потому что год слишком тяжёлый, чтобы не плясать.
Fcukers, новички для Будапешта, превращают шатёр в политическую лозу к другому порядку: лозунги против Трампа, киберпанковые крики про «дата-центры», и вот уже народ через пару минут танцует так, будто страны будущего выбрали по фану. Lewis Capaldi привычно выносит депрессию на сцену, но в его берлингуэ-балагане счастливы даже люди с надписями "NO SCOTLAND NO PARTY". Публика подыгрывает, шутки — лучше депрессантов.
Под занавес приходит Antony Szmierek и объясняет, что быть живым — это когда четыре утра, ноги болят и все аплодируют песне, название которой никто не выговорит. Sziget каждый август напоминает: делайте вид, что верите в офис и норму, но никто из вас больше не хочет туда возвращаться. Лучшие фестивали — те, после которых не хочется домой.