Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Рэпер Ye, более известный миру как Kanye West, внезапно вернулся на сцену — и сделал это с размахом. В начале апреля он провёл два концерта на стадионе SoFi в Лос‑Анджелесе, которые собрали 32,6 миллиона долларов при 149 тысячах проданных билетов. Сумма впечатляющая, особенно для артиста, который последние годы находился в негласной изоляции индустрии из‑за своих антисемитских заявлений. На фоне этого успеха казалось, что Ye готовится к полноценному возвращению, а его участие в британском Wireless Festival — где он должен был быть хедлайнером всех трёх дней — выглядело как начало большого тура.
Но радость оказалась недолгой. После лос‑анджелеских выступлений началась новая волна общественного возмущения. Спонсоры Wireless Festival начали массово отказываться от участия, а затем вмешалось британское правительство и отказало Ye в визе. Фестиваль был вынужден отменить его выступления, а поклонники и музыкальная индустрия остались гадать, что теперь будет с гастролями артиста.
Billboard обратилось к экспертам индустрии, но большинство отказались от комментариев. Те, кто всё же высказался — до отмены Wireless — считали, что успех SoFi мог открыть путь к большому туру. После отмены многие пересмотрели свои оценки. Представитель Independent Artist Group Джарред Арфа заявил, что для Ye ещё «слишком рано». Он напомнил, что скандальные высказывания уровня «Heil Hitler» звучали всего год назад, а такой багаж не забывается быстро — по крайней мере, у властей, площадок и бизнеса.
Несмотря на это, Ye уже с прошлого года успел выступить в Китае, Южной Корее и Мексике. В США же он начал своё возвращение с извинений в газете The Wall Street Journal, заявив, что его поведение связано с последствиями аварии 2002 года и диагнозом «биполярное расстройство I типа». Извинения предшествовали его новому альбому Bully, который вышел 28 марта и занял второе место в чарте Billboard 200.
Организацией шоу на SoFi занималась Mainstay Touring, а производство элементов сцены — компания Creatable Inflatables. Её владелец Кристиан Рейнвотер признался, что сомневался по срокам и требованиям Ye, но не по его репутации: проект дал работу 60 сотрудникам, и это для него стало определяющим.
Однако не все готовы разделять такой подход. Марси Аллен, совладелица нэшвиллской площадки Anzie Blue, отметила, что лично она не может поддерживать артиста, чьё творчество используется для распространения ненависти. Тем не менее она признала, что впечатляющие доходы Ye неизбежно привлекут тех, кто смотрит только на цифры.
Отменённый Wireless стал не результатом решения организаторов фестиваля, а прямым следствием отказа в визе. Более того, управляющий директор Festival Republic Мелвин Бен выступил в защиту артиста, заявив, что людям не хватает умения прощать.
У Ye всё ещё запланированы концерты в Европе — в Турции, Нидерландах, Италии, Испании и Португалии. При этом в некоторых странах власти могут повторить британский сценарий. Во Франции, например, обсуждался запрет на его выступление в Марселе, из‑за чего дата была перенесена.
Сам Ye в соцсетях заявил, что понимает, что ему нужно время, чтобы доказать своё стремление измениться. Он подчеркнул, что не хочет ставить своих поклонников в неудобное положение.
Многие специалисты считают, что формата «поп‑ап» — отдельных крупных шоу — артисту может хватить, если найдутся организаторы, готовые закрыть глаза на скандалы. По словам Арфы, главный ресурс Ye — его преданные фанаты. Они останутся с ним, если он продолжит давать хорошие концерты. Он сравнил преданность публики Ye с эффектом Трампа: часть аудитории поддержит своего кумира независимо от обстоятельств.
Ye снова оказался в эпицентре привычного для него вихря — успехи перемешались со скандалами, и всё это выглядит как ещё один сезон бесконечного сериала про падение и восхождение артиста, который слишком привык к вниманию.
Два лос‑анджелесских концерта взорвали рынок: десятки миллионов за пару вечеров, тысячи восторженных фанатов. Индустрия было подумала, что можно вынимать старые афиши и готовить мировой тур. Но реальность почувствовала момент и аккуратно закрыла перед артистом дверь — сперва спонсоры Wireless Festival, затем британское правительство.
Это удивительным образом показывает, что в музыке деньги решают многое, но не всё. Есть ещё репутация — иногда хрупкая, иногда взрывоопасная. Ye пытается объясняться, приносит извинения, говорит о диагнозах и прошлом. Но его слова пока звучат тише, чем эхо былых заявлений.
Забавно, как индустрия одновременно и сторонится его, и тянется к нему: слишком уж велики сборы. Каждый эксперт рассуждает о морали, но мысленно уже считает возможную прибыль с полного тура. Такой диссонанс — почти искусство.
Европейские даты стоят в календаре уверенно, как будто ничего не происходит. Но правительства стран могут перечеркнуть всё в один момент. Уже Франция проявила инициативу. А артист переносит концерты, делая вид, что всё это — часть большого плана.
Фанаты же остаются неизменны. Их любовь сродни политической поддержке: прочная, нелогичная, неподвластная фактам. И Ye, кажется, это прекрасно понимает.
История не о музыке, а о том, как культурный капитал сталкивается с реальностью. И как шоу продолжается — даже когда сцена под вопросом.