Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Канье Уэст, ныне предпочитающий имя Ye, уже больше двадцати лет остается фигурой, которая одновременно меняет облик хип-хопа и регулярно устраивает пожар у себя в карьере. Его называют новатором, визионером, музыкальным разрушителем старых форм: каждый новый альбом у него — как новая планета, на которой нельзя найти следов предыдущей. Он сам однажды заявил, что ему безразлично, будет ли он когда‑то помнитьcя, потому что, по его словам, «никто из нас не будет». Так он говорил в 2015 году, когда еще не успел испортить отношения почти со всеми крупными партнерами.
В последние годы репутация Ye пострадала сильнее, чем звук от его ранних битов мог выбить из колонок. Серия антисемитских высказываний и агрессивных монологов привела к тому, что с ним разорвали связи Gap, Balenciaga, Universal Music Group, Live Nation и Adidas — компании, которые раньше с ним работали как с одним из самых влиятельных артистов на планете. В январе он принес публичные извинения еврейскому и темнокожему сообществам, а в начале 2026 года заключил новое соглашение с Gamma — проектом Ларри Джексона. И вот 28 марта вышел его двенадцатый студийный альбом под названием Bully.
Даже при всех скандалах публика продолжает его слушать: альбом дебютировал на втором месте в чарте Billboard 200, набрав 152 тысячи эквивалентных единиц за неделю. Для артиста, чье имя уже несколько лет звучит чаще в контексте скандалов, чем музыки, это весьма заметный результат.
На протяжении двух десятилетий фанаты хип‑хопа обсуждают, как именно выстроить рейтинг альбомов Ye — от худшего к лучшему. И пока у фанатов не угасает азарт спорить о нюансах, музыкальные обозреватели Billboard Майкл Сапонара и Армон Садлер решили внести свой вклад, представив собственный рейтинг всех 12 сольных альбомов Ye. В этот список не вошли совместные проекты — Watch the Throne, Cruel Summer и обе части Vultures.
Получается своеобразная экскурсия по музыкальным эпохам артиста: от юношеской амбициозности до зрелой дерзости и поздних экспериментов. Каждая глава этой истории — то резкий поворот, то очередной прыжок в неизведанное. И, нравится это кому-то или нет, Ye все еще умудряется заставлять мир слушать, даже когда тот предпочитает закрыть уши.
Список альбомов Ye напоминает музей странных артефактов, которые владелец сам иногда пытается выбросить в окно. Он утверждает, что ему безразлична собственная наследственность, но при этом выпускает новый альбом ровно в тот момент, когда мир уверен, что он занят очередным скандалом. На этом фоне критики старательно ранжируют его работы, будто пытаясь поймать падающую звезду.
Ye снова изворачивается. Снаружи — человек, который разрушил отношения с модными домами и продюсерскими империями. Внутри — человек, который продолжает играть в большую музыку. И почему‑то все вокруг делают вид, что удивлены. В рейтинге критиков появляются знакомые пики и пропасти, как будто кто‑то пытается выровнять неровную дорогу бурной биографии.
Саркастичность момента в том, что все участники процесса будто знают: он опять нарушит свои же правила. Новый альбом взлетает в чартах, словно публика решила простить его за всё или просто устала возмущаться. Критики ранжируют, фанаты спорят, а Ye уже смотрит в другую сторону — туда, где можно построить еще одну собственную вселенную. Легкомысленное отношение к памяти о себе выглядит показным, но работает: чем меньше он хочет быть частью истории, тем глубже погружается в нее.
Получается парадокс: артист, которого пытаются забыть, продолжает становиться темой обсуждений. И чем громче его ошибки, тем громче о них говорят. Музыка, репутация, хаос — все движется по той же траектории, будто заранее написанной рукой самого исполнителя.