Louis C.K.: возвращение на Netflix

Louis C.K. вернулся на Netflix, хотя его возвращение можно сравнить с попыткой воскресить старый, сломанный телевизор: экран мигает, картинка мутная, а вместо весёлых передач — сплошные помехи. Главный герой, некогда мастер чёрного юмора и обожаемый публикой, теперь напоминает самого себя лишь внешне, а внутренне — сплошной вакуум.

Он по-прежнему шутит мрачно и цинично: то про сдачу анализа на СПИД ради хороших новостей, то про мечты, где он не просто плохой парень, а почти антигерой. Всё это сдабривается нарочито болезненными сравнениями и безрадостными размышлениями, как будто Луи хочет убедить нас, что жизнь — это день сурка в аду. При этом в каждой реплике сквозит усталость человека, которого общество поймало на жутких проступках, а он теперь не знает, как быть смешным без злобы на мир.

Но культ Луи уже не тот. Там, где раньше бурно смеялись, нынче вздыхают и ерзают: скандал 2017 года — обвинения в домогательствах, признание своей вины, падение с олимпийской вершины — стал не просто биографией, а экранной тенью, нависшей над каждым его словом. Луи почти не касается этой темы, а возвращается к ней только косвенно, путаясь в сарказме и едва ли касаясь сути.

Netflix же, кажется, не парится: деньги, говорят, не пахнут, и фиг с ней, с репутацией. Главное — хайп. И вот мы смотрим не комедию, а психологический самоанализ неудачника, который даже не пытается удивиться своей участи. Весь спешл выглядит как набор жалоб на судьбу с едва заметной попыткой пошутить, хотя бы самому себе. Аудитория поддерживает, кто-то ловит на ностальгию, но всё больше людей улавливают горькую иронию происходящего: это шоу не про Луи — это шоу про наше отношение к токсичным "героям".

Ирония судьбы: комик, обжёгшийся на чужих границах, теперь сам стал шуткой. Не смешной, а печальной. Называть спешл Ridiculous — верх самоиронии. Только до настоящей искренности тут по-прежнему не доходит. Netflix же в очередной раз напоминает — большие деньги всегда побеждают большие принципы.