Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
В отечественном кино маршал Георгий Жуков — это словно красная тряпка для амбициозных артистов. Перевоплощаться в всенародного героя пробовали многие, но лишь немногие смогли вытянуть эту роль так, что зритель поверил: вот он, настоящий Жуков — с кожаной папкой, суровым взглядом и голосом, который может остановить танковую дивизию.
Начинать надо, разумеется, с Михаила Ульянова. В киноэпопее «Освобождение» (1968) он впервые создал образ такого Жукова, который прочно застолбил себе место в массовом сознании. Позже Ульянов возвращался к этому амплуа не раз — и в сериалах, и в других фильмах. Рассказы про то, как сам Жуков якобы одобрил Ульянова после просмотра «Председателя», скорее относятся к разряду легенд, но одно очевидно: для миллионов зрителей Ульянов — главный маршал на экране.
Владимир Меньшов подошёл к роли Жукова в «Ликвидации» (2007) без сантиментов. У него получился не разрисованный на плакате герой, а властный, жёсткий и не очень приятный человек — видите ли, даже маршалы не всегда лапочки. Интересно, что Меньшов уже «примерял» этот мундир в фильме «Генерал», но только в «Ликвидации» смог раскрыть характер послевоенного Жукова: деспотичного, но невероятно живого и вовлечённого в интриги Одессы.
Валерий Афанасьев — ещё один Жуков нашего времени. Его китель вспоминался зрителю из сразу трёх проектов: «Дети Арбата», «Московская сага» и «Десантный батя». Афанасьев подъехал к роли без лишней позы, зато с ощущением, что этот человек умеет командовать и крепко держать слово.
А вот Александр Балуев пошёл дальше и примерил роль всерьёз — в биографическом сериале «Жуков» (2011). Его версия маршала — это не просто военный ас: у него жизнь вне парадов, а сердце под гимнастёркой мягче, чем кажется. Здесь герою пришлось быть уязвимым, сомневающимся, и поэтому особенно человечным.
Замыкает пятёрку Валерий Баринов, который появился с эпизодической, но значимой ролью в сериале «Фурцева. Легенда о Екатерине». Сама роль короткая — но, по его признанию, Баринов долго решался браться за маршала вообще. В итоге удалось и уважение соблюдать, и штампы не множить: свой Жуков получился живой и максимально профессиональный.
Каждый актёр внёс в легенду о Жукове свой отпечаток, а сам маршал на экране идёт из поколения в поколение — и не собирается никуда уходить.
Пять главных Жуковых последнего полувека — это не просто набор актёрских работ, а целое соревнование по созданию национального символа на экране. Каждый артист — от Ульянова, закрепившего в советской культуре узнаваемый и монументальный образ, до Баринова, который с достоинством отыграл даже эпизодическую роль, — предложил свою трактовку маршала Победы. В общем, вместо музейной пыли и бронзового парада получился настоящий живой портрет эпохи. Ни один из актёров не ушёл в откровенную карикатуру: Меньшов задал маршалу сложный, иногда неприятный характер, Афанасьев наполнил его достоверностью, Балуев показал слабость и внутреннюю борьбу, Баринов — профессионализм.
Сам образ Жукова на экране менялся: из сверхчеловека в патетике 60-х он за полвека превратился в сложную, многогранную и приближенную к обычному зрителю фигуру. Ульянов остаётся эталоном, Меньшов и Афанасьев расширяют диапазон, Балуев показывает противоречия, Баринов — отдаёт дань уважения. Такая галерея отражает не только изменения в искусстве, но и саму эволюцию отношения к военной истории, к памяти о героях, к искусству портрета. Радость зрителя — увидеть Жукова снова, теперь уже иначе. Актерский строй по-прежнему держит строй.