Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Сериал «Князь Андрей» попытался заглянуть в ту часть русской истории, о которой отечественное кино вспоминает редко: середина XII века, эпоха, когда князья выясняли отношения мечами, а Киев переходил из рук в руки быстрее, чем современные сериалы выходят на платформы. Потомки Владимира Мономаха — Юрий Долгорукий и его племянник Изяслав Мстиславич — с упорством делили великокняжеский трон. Но главным персонажем создатели сделали их родственника — Андрея Боголюбского, человека, который пережил круговорот междоусобий и стал прародителем будущих Рюриковичей.
И да, именно в эту эпоху относится первое упоминание Москвы — в те времена городом владел боярин по имени Кучка. В сериале его играет Сергей Безруков. По одной версии, сам Долгорукий убил Кучку, а сыновья боярина позже оказались замешаны в гибели Андрея Боголюбского. Сериал, конечно, не упустил шанс показать эту драму.
На экране зритель увидит Александра Балуева, Аглаю Шиловскую, Артёма Ткаченко (тот самый Изяслав), Александра Устюгова и многих других. Однако восторг аудитории был не всеобщим. Да, актеры — любимые и знакомые, но звук — как будто записывали в подвале. Речь — подозрительно современная. Атмосфера — слишком аккуратная, словно после генеральной уборки. И это зрители заметили сразу.
Одни хвалят операторскую работу, костюмы, декорации. Другие жалуются, что герои звучат так, будто вчера вышли из кофейни. Кому-то понравилась жесткость сцен — «раз, и нет головы». Кому-то, наоборот, кажется, что баталиям не хватает живости даже в сравнении со старым «Александром Невским». Некоторые бросают просмотр из-за звука: диалоги тонут в музыке, смысл теряется. А кому-то и вовсе кажется, что на экране бегают не князья, а реконструкторы, заблудившиеся на фестивале.
Часть зрителей считает, что сериал стоит смотреть хотя бы ради актерской игры. Другие — что смотреть его можно только «фоном под телефон». Но почти все сходятся: потенциал есть, но чего-то важного не хватает. То ли исторической глубины, то ли убедительной атмосферы, то ли того самого экшена, который обещали.
Авторы решили взяться за XII век — время, когда русские князья устраивали политические триллеры без сценаристов. Но сериал выглядит скорее как экскурсия по реконструкторскому фестивалю. Камера пытается делать вид, что всё серьёзно, а актёры — что их слышно.
Звук тонет в музыке. Создатели будто забыли, что зрителю нужно понимать, что говорят герои — иначе он начинает додумывать сюжет сам, а это опасно. Историчность тоже вызываёт вопросы: речь персонажей звучит так, словно они спорят в чате, а не во дворе княжеского терема.
В кадре мелькают Балуев, Безруков, Устюгов — тяжёлая артиллерия отечественного кино. Но силы уходят не на драматургию, а на попытки удержать внимание зрителя, которое утекает через рояли в кустах и сцену за сценой предсказуемости. Остросюжетности нет — только попытка сделать вид.
Зрительский разбор прост: картинка приятная, история важная, но смотреть приходится, морщась. И всё же смотрят — потому что надежда есть. Авторов это, кажется, вполне устраивает. Именно так нравственный долг превращается в привычку — пусть и с приглушённым звуком.