Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Легендарный голливудский каскадёр Бадди Джо Хукер — человек, который вот уже 70 лет добровольно рискует жизнью ради зрительского «вау». Именно он был дублёром Курта Рассела в фильме Квентина Тарантино «Доказательство смерти», где машины летали так, как будто гравитация взяла отпуск. Но для Хукера это был не старт, а скорее эффектная точка в полувековой карьере: за рулём, в седле, на высоте нефтяных вышек — кажется, он делал всё, что только можно придумать.
Этот опыт сделал его идеальным куратором коллекции Criterion Channel «Stunts!» — подборки фильмов, отмечающих вековую историю кинотрюков. Там есть и работы самого Хукера — «Избранный», «Жить и умереть в Лос-Анджелесе», «Хупер» — и классика вроде фильмов Питера Ятса, Уильяма Уайлера и Джеки Чана.
В интервью Хукер рассказал, как начинал актёром, почему страх — лучший инструмент выживания, и как он пришёл к рекордам, которые другие пытаются побить до сих пор. Он вспоминает, что его первым серьёзным ориентиром был «Буллит»: сегодня сцены выглядят почти скромно, но тогда они были революцией. Затем — «Французский связной», где монтаж скрывал нехватку реальных автомобильных трюков. А позже Хукер сам создавал стандарты: работая с режиссёром Уильямом Фридкиным над «Жить и умереть в Лос-Анджелесе», он придумал трюки, которые стали образцом для других.
Хотя его отец был каскадёром, путь Бадди начался наоборот — с трюков. Первую работу он получил в 13 лет на съёмках сериала «Рин-Тин-Тин». Отец, знавший всю жестокость старой школы вестернов, мечтал видеть сына актёром. Но в 20 лет Хукер понял: тянет его туда, где больнее и опаснее.
Страх пришёл позже — на высоте 30 метров, когда нужно было прыгнуть с нефтяной вышки на крошечный страховочный мат. Тогда он понял главное правило: страх не враг, а напоминание, что ошибка — билет в один конец. «Спасибо, страх», — говорил он себе и учился оставлять его за пределами концентрации.
Особая тема — так называемые «каннон-роллы», или «перевороты с пушкой», когда внутри машины срабатывает заряд, выбрасывающий автомобиль в воздух. Хукер утверждает, что сделал их больше всех в индустрии. Мировой рекорд пытались побить снова — например, на съёмках фильма «Каскадёр». Там сделали десять переворотов. Хукер не завидовал, но честно признаёт: «Меня это слегка разозлило».
Фильм «Хупер», по словам Хукера, частично основан на его жизни и истории его коллеги Хэла Нидэма — каскадёра, ставшего режиссёром и близким другом Бёрта Рейнольдса. Именно Нидэм дал Хукеру один из первых больших трюков — прыжок через горящий настил в ремейке «Боу Джеста». Их отношения начинались непросто, но стали настоящим союзом. Разные темпераменты — Хукер «серфер и любитель травки», Нидэм «ковбой и любитель выпить» — не мешали им создавать лучшие трюковые сцены своего времени.
По мере того как вестерны уходили в прошлое, индустрия трюков изменилась. На смену падениям с лошадей пришли скоростные автомобильные сцены, новый набор навыков и технологии. Каскадёры учились дрифтовать на арендованных машинах, выкатывая шины до корда, за что их потом переставали пускать в аренду. Появлялись новые мотоциклы, новые приёмы, новые безумные идеи. Все хотели делать то, чего ещё никто не делал.
В конце 60-х Хукер и его друг записали рекордный трюк: двадцать с лишним переворотов пикапа, который они уговорили продюсера доверить им за 500 долларов каждому и отсутствие защиты. Позже записи показали 17 переворотов, но в любом случае это рекорд, который официально никто не побил. Для самих каскадёров важнее было другое — о них говорили целый месяц.
Сегодня коллекция «Stunts!» напоминает: за каждым зрелищем стоит человек, который реально ставил жизнь на кон, чтобы кино стало чуть менее скучным и чуть более невозможным.
Кино любит говорить о героях, но редко упоминает тех, кто делает героев зрелищными. История Бадди Джо Хукера — удивительная смесь безрассудства и профессионализма. Семьдесят лет человек падал, горел, прыгал, переворачивался и выезжал на площадку снова, будто предыдущие трюки были всего лишь гимнастикой.
Индустрия давно научилась продавать опасность как магию. Хукер честно рассказывает, что страх был всегда, но профессионал держит его при себе — как напоминание, что земля твёрдая, а шансы не бесконечны. Забавно, что рекорды, которые он ставил на спор за 500 долларов, теперь изображают как подвиг инженерной мысли.
Отношения с Хэлом Нидэмом — отдельная пьеса. Два человека из разных стихий — один серфил, другой пил — но их объединяло общее увлечение: искусство падать красиво. В Голливуде такое считается духовным родством.
Коллекция «Stunts!» выглядит как музей опасных увлечений. Приятно, что хотя бы кто-то вспоминает тех, кто в кадре ломает машины, а не сюжет. Хукер в этом смысле — живой аргумент против мифа о том, что герои — только на экране. Его история — о людях, которые работают телом так же выразительно, как актёры — голосом. И о том, что кино всегда держалось на тех, кто падал, пока зрители хлопали.