Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Габриэль Домингес оказался тем самым скрытым козырем режиссера Клебера Мендонсы Фильо, который помог воссоздать атмосферу и ландшафт Бразилии 1970-х в фильме «Тайный агент». В то время как актер Вагнер Моура сейчас считается одним из главных претендентов на «Оскар» за свою яркую роль исследователя, жизнь которого разрушает диктатура конца семидесятых, Домингес и Фильо создали нечто большее — ансамблевое кино, где каждая роль выверена до малейших деталей, а не только главная. Домингес рассказывает, что они с Фильо долго обсуждали каждого героя — режиссер прописал подробные описания для всех, даже для тех, кто мелькал в паре сцен. С одной стороны, это облегчало задачу кастинга, а с другой — загоняло в узкие рамки: найти людей, отвечающих идеальным фантазиям режиссера, оказалось отдельной пыткой. К тому же «Тайный агент» — это киноэпоха, требующая точности: «Клебер хотел создать вселенную, максимально точно передающую атмосферу 1970-х», вспоминает Домингес. Нужно было найти лица, которые органично смотрелись бы в Бразилии 1978 года, а не подавались как гости из будущего. Это касалось не только эмоций или психологического типажа, но и, что особенно важно для Бразилии тех лет, класса. Домингес объясняет: социальное неравенство тогда было ещё глубже, и образы рабочих, служащих, чиновников и революционеров нужно было воссоздавать с учетом реалий кастовой системы. Однако кастинговый отбор осложняли современные черты — кожные процедуры, татуировки, слишком свежие лица. Каждый раз Домингесу приходилось гадать, что делает актера естественным обитателем семидесятых? Иногда всё решал взгляд, как у молодого актера, сыгравшего сына деревенских родителей. По словам Домингеса, «в его глазах была та самая грусть, особенная меланхолия, напоминающая о 70-х, и простота провинциала, впервые оказавшегося в большом городе». Одной из самых сложных находок стал актер на роль наемного убийцы, преследующего героя Моуры. По задумке режиссера он должен был напоминать знаменитого серийного убийцу тех лет — даже нашли документальный фильм в качестве референса для внешнего вида. От актера требовались по-настоящему ледяные, психопатические глаза — в итоге такую мразь найти всё же удалось. На большинство вспомогательных ролей брали малоизвестных актеров, а кого-то — и вовсе дебютантов. Так, важнейшую для сюжета роль стенографистки, собирающей воедино историю героя в наши дни, сыграла молодая актриса Лаура Луфези, которую Домингес и Фильо утвердили после трогательного монолога на прослушивании. Мы видим, что даже рядом с суперзвездой Моурой на экране появляются люди, у которых либо длинное портфолио, либо это первый киноопыт. Главное требование — талант и порядочность. По словам Домингеса, «нам важны не только хорошие актеры, но и хорошие люди: только такие могут зарядить съёмочную площадку правильной энергией». Такое вот кастинговое волшебство: чтобы оживить эпоху, нужны не просто лица из прошлого, а души — без фильтров и ботокса, но с настоящей историей во взгляде.
Где режиссёр думает, там кастинг-директор страдает. Клебер Мендонса Фильо снова решил, что в Бразилии 1978 года все ходили с лицом, как у редких актёров без татуировок и современных филлеров. Домингес обливался потом, выискивая грустные глаза, приземлённых деревенских простаков и ледяной взгляд убийцы, чтобы кино смотрелось как репортаж IN COLOR прямо с улиц Рио-когда-там-ещё-не-было-инстаграма. Чем меньше у актёра опыта и чем добрее душа — тем больше шансов попасть в кино к Фильо. Монологи проверяли душу, резюме трогали чуть-чуть. Главное — чтоб не было ощущения, что этот кассир завтра начнёт вести wellness-блог. Ведь магия злых семидесятых требует не только шампуня против перхоти, но и лица, в котором Бразилия грустит о революции. Режиссёру нужно кастинг-волшебство, а Домингесу — терпение святого и помощник без филлеров.