Как получить "Оскар" за лучший документальный фильм

Как заполучить статуэтку «Оскар» за лучший документальный фильм? Ответ на этот вопрос волнует не меньше, чем результат матча сборной России по хоккею с Канадой. Всё решают 739 членов документального отделения Американской академии киноискусств: сначала они выставляют баллы по шкале всем фильмам, которые посмотрели (это так называемое «предварительное голосование», проходит с 8 по 12 декабря), затем появляется шорт-лист из 15 фаворитов, о котором огласят 16 декабря. Позже эти фильмы оценивает вся Академия, но голосовать за победителя смогут только те, кто действительно посмотрит все пять финалистов.

Что нужно, чтобы попасть в заветную пятёрку? Первое и главное – быть замеченным на кинофестивале Sundance (Сандэнс). Почти ежегодно именно отсюда стартует большинство номинантов: из свежих – «Sugarcane», «Porcelain War», «Black Box Diaries», «Soundtrack to a Coup d’État», а в прошлом – триумфаторы вроде «American Factory», «Navalny» (это тот самый фильм про Алексея Навального) и «20 Feet from Stardom». Стоит фильм выиграть на фестивале хоть какой-то приз, машина пиара заводится и прокатчики, используя социальные сети и сарафанное радио, гонят фильм к заветному списку.

В этом году борьба острая: конкуренты – проекты Netflix («The Perfect Neighbor»), Magnolia («Folktales»), MTV Documentary Films («Predators»), PBS («2000 Meters to Andriivka»), Magnolia Pictures («One to One: John & Yoko»), Interior Films («Seeds», который уже забрал гран-при жюри США), и иранский «Cutting Through Rocks» – у него мировой гран-при, но нет прокатчика.

Стать лауреатом сейчас непросто, особенно если за тобой не стоит звёздный продюсер либо финансово сильный дистрибьютор вроде NatGeo, которые в прошлом году дотянули до финала «Sugarcane» и ещё раньше «Free Solo». Впрочем, пример картины «No Other Land», взявшей главный приз в Берлине без крупного дистрибьютора, вселяет надежду в независимых режиссёров – при мощной команде поддержки и грамотных пиар-ходах даже аутсайдер может удивить.

В документальной тусовке существует скрытая нелюбовь к Netflix, несмотря на его немалые бюджеты: в прошлом году ни одна из их картин не прорвалась в финал. В этом сезоне Netflix надеется исправиться с помощью проверенных бойцов: Петра Коста (номинировалась за «The Edge of Democracy»), лауреатка «Оскара» Лора Пойтрас («Citizenfour») теперь снимает фильм о расследованиях журналиста Сеймура Хершa, а Гита Гандбир («The Perfect Neighbor») разбирает дело по съёмкам с видеорегистратора полиции. Все трое – фигуры уважаемые в документалистике.

Стоит учитывать: «Оскар» в документалистике всё больше уходит в глобальный контекст. Прошлогодние финалисты отражают этот тренд: Канада, Япония, Европа, Украина, Израиль, Палестина. В документальном отделении аж 32% международных участников, а значит типично американским темам пробиться всё сложнее – маркетинговые кампании ведутся и в Лондоне и в Копенгагене. Именно поэтому среди фаворитов «The Tale of Silyan» (режиссёр – македонка Тамара Котевска, чей фильм «Honeyland» уже номинировался на «Оскара»), «2000 Meters to Andriivka» под руководством украинца Мстислава Чернова (он получил «Оскара» за «20 Days in Mariupol»), ну и сюжет про Джорджа Оруэлла «Orwell: 2 + 2 = 5» от гаитянца Рауля Пека.

А на родине: в числе серьёзных претендентов фильмы о жизни афроамериканского фермерского сообщества («Seeds»), о тюремных реформах в США («The Alabama Solution»), драма гей-пары, столкнувшейся с диагнозом рак («Come See Me in the Good Light»). Но старые мастера вроде Алекса Гибни (шедевр за шедевром), Эррола Морриса и Моргана Невилла зачастую остаются не у дел: жюри нередко предпочитает новых лиц, а не повторные номинации для звёзд. Небольшая победа на фестивале или от кинокритиков Нью-Йорка или Лос-Анджелеса может дать фильму шанс выделиться в море кандидатов.

Интересно, что документалистам не по душе фильмы, сделанные для канала «звёзды»: очень редко биографии известных людей доходят до финала, даже если речь о культовой личности – фильму про Роджера Эберта «Life Itself» пролетел мимо. А вот когда документальный фильм снимает признанный мастер (например, Лиз Гарбус о Нине Симон – «What Happened, Miss Simone?»), шанс получить номинацию чуть выше. Часто звёздные проекты больше надеются на телепремии «Эмми», а не на «Оскар».

И, наконец, иногда появляются удивительные истории: например, Юлия Локтева сняла свой пятичасовой фильм «My Undesirable Friends: Part 1 — Last Air in Moscow» на iPhone. Пока у ленты нет прокатчика, но громкие награды – знак, что её точно заметят. Кстати, критики и фестивали предсказывают, что картины, победившие на Gotham Awards или New York Film Critics Circle, чаще всего попадают в итоговый «оскаровский» шорт-лист.

В целом, чтобы выиграть «Оскар» за документалку, нужно: снять яркое кино про актуальную мировую проблему, засветиться на топовом фестивале, собрать награды, желательно не из области глянца, и принять участие в сложной международной кампании. Ну, и немного удачи не помешает. Ведь дорога к золотой статуэтке – это не про искусство, а про выживание в волчьем мире кинорынка.