Frankenstein’s Monster’s Monster, Frankenstein: возвращение абсурдного Netflix

Соскучились по тем временам, когда Netflix не боялся выпускать абсолютный абсурд? Тогда вам точно стоит взглянуть на «Frankenstein’s Monster’s Monster, Frankenstein» — тот самый случай, когда 32 минуты превращаются в сюрреалистическую вечеринку на грани фарса, организованную самим Дэвидом Харбором (знаменитый Шериф Хоппер из «Stranger Things»). В этом изощрённом псевдодокументальном фильме, вышедшем летом 2019 года, Харбор дважды пародирует самого себя: сначала в роли измученного мужчины, потом в образе его покойного отца, вокруг которых закручена история о театральной постановке, способной раскрыть семейные тайны. Верите? Наверное, не стоит — в этом и вся суть шоу.

Автор идеи, Джон Левенштейн, говорит: «Я не уверен, что этот фильм стал культовым, но у него появились очень страстные фанаты». По сей день физического показа не было даже для самой съемочной группы — копии у него нет. Велика вероятность, что честный эксперимент со временем превратится просто в приятное воспоминание.

Для Харбора это был особый период: третья часть «Очень странных дел» только что побила рекорды на платформе, хоть сам Харбор тогда был популярен, но до статуса голливудских «ракетных ускорителей» еще не дотянул. Впрочем, его знакомая физиономия на промо-баннерах и небольшой пиар прекрасно справились с задачей — идея получила зелёный свет и приобрела тот самый нелепый, но яркий заголовок. Харбор был настолько увлечён процессом, что практически единолично собрал команду и прописал весь эту комическую несуразицу, что сегодня вряд ли кто рискнул бы повторить.

Режиссёр Дэниэл Лонжино снял фильм как откровенный артхаус: малый бюджет, три с половиной съёмочных локации, странная, но очень честная команда. Даже Альфред Молина заглянул — Харбор просто позвал его по дружбе. Действие разворачивается в семидесятых, где главный герой — актер-зануда с синдромом Джульярд (тут Харбор откровенно троллит сам себя).

Сценарий переносит классику Мэри Шелли о безумном ученом и его чудовище в скандальное академическое лженаучие, где на фоне театра возникает абсурдный конфликт между артистом и молодым красавчиком Джои Валлехо (Алекс Озеров). Параллельно герои разыгрывают фамильные драмы и театральные интриги, а нелепица нарастает по экспоненте. Среди  персонажей: фальшивая актриса Моника Фултон (Кейт Берлант), величавый капитан-самозванец Обри Филдс (Альфред Молина), морфиновая мать и культовый Николас Кейдж, которого тут, к сожалению, нет. Все это напоминает кабаре, где каждый играет свою роль бок о бок с чудаковатым доктором, таинственной племянницей и ослепительно бессмысленным сюжетом.

Повествование ведёт не менее травмированный сын Харбора, нанявший целую бригаду (частного детектива, бухгалтера и асистента-драматурга), чтобы разобраться в театральных подвигах предка, но вместо ответов он получает только ещё больше вопросов. Отдельной остроты добавляет тот факт, что последний фильм с Майклом Лернером вышел именно в этом составе.

Сейчас, когда Netflix снова играет с темой «Франкенштейна» (Гильермо дель Торо в тренде) и «Stranger Things» катится к финалу, самое время окунуться в непутёвый 2019 год и пересмотреть жемчужину странного сервиса. За шесть лет многое изменилось: культура стриминга задыхается, абсурд выдавливают алгоритмы, и подобные проекты выглядят как раритет. Так что, если вы ностальгируете по временам нового безумия, обязательно запоминайте — Харбор якобы окончил Джульярд!

Справедливости ради, настоящее образование у Дэвида Харбора — Дартмут, а не Джульярд. Он действительно умен и артистичен, что легко заметить не только по ролям, но и по любви к осенней одежде (отдельная черта для поклонников). Эксцентричный писатель Джон Левенштейн (создатель ироничных «Arrested Development» и «Silicon Valley»), хоть и называет себя пенсионером, признается: «Меня всегда страшит, что шутки никто не поймёт. Я люблю этот фильм, но иногда боюсь его пересматривать». Он даже подумывает о продолжении в видеоантологии, но для этого нужен тот самый творческий запал, на который решаются немногие.

Впрочем, «Frankenstein’s Monster’s Monster, Frankenstein» — это редкий случай комедии, где аномальная атмосфера и лёгкая подача позволяют посмеяться и над собой, и над индустрией. Левенштейн даже вспоминает: хотелось бы, чтобы его прежние проекты, например, «Kroll Show», добрались до современных стримингов. Ирония: людям нужен свежий абсурд, но сами сервисы от него шарахаются.