Как «Мастермайнд» возвращает зрителя в 70-е: атмосфера ушедшей эпохи

Открытие фильма «Мастермайнд» сразу погружает нас в жизнь чуть сонного провинциального художественного музея. Мы видим, как главный герой, неудачливый отец семейства Джеймс Блейн Муни (Джош О’Коннор), вместе со своими детьми развлекается, а заодно и незаметно крадет маленькую статуэтку из экспозиции. Звучит весело, обещает ограбление, авантюру, но режиссер Келли Райхардт — не тот человек, чтобы снимать типичный «ограбительный» фильм. Вместо этого она исследует характеры и внутренние конфликты людей, потерянных в себе и времени.

В фильме нет ни крутых погонь, ни напряженных разведок, ни крупных ставок. Как та самая украденная безделушка, план Муни по хищению скромных картин Артура Дова тоже по-человечески жалок. И это жалкое, миниатюрное ограбление все больше теряет смысл по мере того, как план разваливается. Райхардт ловко меняет ракурс, подчеркивая, насколько мал этот мир и насколько незначительна сама афера на фоне реальной жизни. Благодаря джазовому саундтреку Роб Мазурека этим меланхоличным настроениям удается доверчиво затянуть зрителя почти незаметно, словно лягушку в теплой воде.

У фильма очень яркое чувство места и времени: по сюжету действие разворачивается в 1970-х в Новой Англии и затем переносится в Америку глубинки — но снимали его в Огайо. Художник-постановщик Энтони Гаспарро сумел превратить простые окрестности Цинциннати в атмосферу давно ушедшей Новой Англии, сохранив детали, типичные для промышленных городков востока США тех лет, и избавившись с помощью графики от современных деталей. По словам самой Райхардт, «можно было найти улицы со старомодными фонарями», и сделать интерьер маленького музея похожим на восточноамериканский. Некоторые сцены даже снимались на фоне библиотеки, спроектированной знаменитым архитектором I.M. Pei в Индиане.

В кадре мы почти рутинно наблюдаем семейные ужины Муни, его скучные обязанности, попытки соврать родителям (их играют Билл Кэмп и Хоуп Дэвис) и жалкие заговоры по поводу ограбления. Окружающий мир кажется тихим, почти стерильным — настолько кажется, что становится ясно, почему герой готов рисковать ради хоть какого-то выхода из унылой жизни. 

Но, конечно же, никакой адреналиновый побег не случается. После крошечного ограбления режиссер начинает добавлять в историю более крупные реалии: политический фон 1970-х, отзвуки разбитых идеалов конца 60-х, новости о протестах, борьбе профсоюзов, стрельбе в Кентском университете… В этой атмосфере разочарования и общественного раскола Муни, по мнению Райхардт, — мелкий бунтарь, выдыхающийся отвороженными «революционными» идеями, но движимый только личными мотивами.

Этот ограниченный эгоизм героя делает его и тупиковым, и одновременно комичным. Когда за ним все-таки начинают гнаться последствия его жалкого ограбления, коллектив Райхардт получает шанс испытать свои любимые приемы: они перемещаются по американским пейзажам в фургоне, спорят о подходящих локациях и мечтают, как превратить каждое новое место в часть фильма. Как поделилась сам режиссер, им помогает личная атмосфера тесного общения в команде, когда вместе обсуждают визуальные решения, даже во время поездки в машине — а в период ковидных ограничений этого очень не хватало.

В результате «Мастермайнд» — это не просто история семейки неудачников, а целая маленькая сага о банальности мечтаний, ограниченности надежд и о том, что даже жалкое преступление в маленьком городке способно обнажить общее неудовольствие жизнью. Но, увы, никакая революция не случается — только новый виток сериалов о человечестве, в котором никто особо никуда не движется.