Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Сериал «Алиса в Пограничье» стал настоящей находкой для любителей психологических триллеров на Netflix — что-то вроде японского ответа на корейскую «Игру в кальмара». Но если корейский хит учит нас о жадности и капитализме, то японцы ушли в философию: чем вообще цепляться за выживание в мире, где выжившим быть не хочется? Так возник культ «Пограничья», обросший фанатами и сравнением с куда более мейнстримной «Игрой в кальмара».
Третий сезон «Алисы» завершился 25 сентября, и финал оказался похож на международный хит — тот самый финт сюжета с Лос-Анджелесом, который мы уже видели в третьем сезоне «Игры в кальмара». Зрителей сразу начал грызть вопрос: неужели Пограничье выходит за пределы Японии? Сценарий финала плотно закручивает арку главных героев: Арису (Кэнто Ямадзаки) и беременная Усаги (Тао Цутия) снова вырываются из мира смертельных игр. Даже ребенок будущей мамы попал в финал в качестве игрока — привет параллелям с корейским шоу. После — обычная жизнь, работа, обсуждение будущего имени.
Здесь следуют трогательные камео выживших из предыдущих сезонов — прямое напоминание, что круг замкнулся и финал вроде как наступил. Но… в офисе Арису чувствует землетрясение, а по телевизору говорят о серии глобальных подземных толчков, один из которых — в Калифорнии. А ведь загадочный Смотритель Пограничья (культовый Кен Ватанабэ) еще намекал: «То, что наступает, куда масштабнее местного метеорита. Будет новый потоп людей». Паника была недолгой, потому что камера уводит нас в Лос-Анджелес — и на экране американская закусочная, где официантка Алиса встречает новых посетителей. Да-да, уже Америка, а лицо — не больше чем бейджик с именем.
Netflix пока молчит о 4 сезоне, но режиссер Синсуке Сато намекнул: он бы вернулся к проекту, если случай представится. Как вариант, возможен спин-офф по манге «Alice in Border Road» — там уже новые герои, а Арису и Усаги остаются за кадром. Исполнители главных ролей тоже изъявили желание вернуться, а Тао Цутия даже гадает, попадет ли их ребенок в новый круг игр — так и напрашивается семейный кошмар.
Слухов о американских режиссерах нет, но сетка финала обещает мировой размах: глобальные города — Токио, Джакарта, Л.А., Сантьяго, Лондон, Париж, Мадрид, Рим, Бухарест. Неужели новый спин-офф захватит игру мирового масштаба? Остается наблюдать и гадать, не превратится ли наш любимый японский триллер в очередной американский ремейк — как бы ни хотелось повторения истории отличного иностранного хоррора.
Что может быть смешнее или страшнее, чем иностранный сериал о смертельных играх, который внезапно втягивается в Лос-Анджелес, и где даже нерожденный ребенок успевает поучаствовать в триллере? Корейская «Игра в кальмара» обзавидуется: японцы по привычке подают тот же набор острых ощущений в стиле «жизнь — абсурд», только с кукольной философией, а Netflix немо наблюдает за попытками режиссёра развеселить или добить публику ещё одной итерацией кошмара. Довести до абсурда — стиль «Пограничья»: все умирают, потом внезапно живы, локации скачут из Токио в Калифорнию, калифорнийское землетрясение выглядит как клеточка на глобальной карте приключений. Кен Ватанабэ — последние крупицы японского величия, весь глобус — новая игровая площадка, а финал хитро подглядывает на американцев. Семейная тема: не успели родить — уж готовьте следующего племянника для новой мясорубки. Глобализация, ребята. Если вдруг Netflix запустит новое безумие, жертв точно хватит на очередной марафон. Никто не знает, что будет дальше, ирония — в этом и фишка.