Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Рифы и пачки / Твоя культура»
В последние годы Пентагон ощутимо ускорил темпы внедрения искусственного интеллекта, и ключевым толчком стал проект под названием Maven. История этого проекта началась в 2017 году, когда американские военные решили проверить, можно ли обучить алгоритмы компьютерного зрения анализировать видеосъёмку с беспилотников и автоматически распознавать объекты. Изначально это выглядело как вполне обыденный эксперимент, но именно он стал отправной точкой для масштабного перехода армии США к ИИ-навигации на поле боя. В новой книге журналистки Katrina Manson подробно разбирается, как банальная попытка разгрузить операторов дронов превратилась в фундамент для систем, теперь участвующих в реальных боевых кампаниях.
Согласно её исследованию, одну из ключевых ролей в эволюции технологии сыграл Maven Smart System — комплекс, который ускоряет процесс определения целей. Военные особенно подчёркивают, что система не «принимает решения», но способна в разы ускорять работу специалистов, сортируя данные и выделяя потенциальные цели. Именно использование таких ИИ-систем позволило США в первые сутки удара по Ирану поразить более тысячи объектов — почти вдвое больше, чем во время операции в Ираке более двадцати лет назад. Для армии, одержимой скоростью и точностью, это стало демонстрацией того, что будущее вооружённых конфликтов уже наступило.
Но путь Maven был далеко не гладким. Первым подрядчиком проекта стала компания Google, и именно это решение вызвало громкие протесты сотрудников — инженеры выступили против применения их наработок в военных целях. Это привело к отказу Google продолжать сотрудничество и подстегнуло бурное обсуждение роли ИИ в вооружённых конфликтах. После ухода технологического гиганта проект перешёл в руки других подрядчиков, а сами военные усилили работу над этическими нормами использования ИИ. Сейчас Maven превратился в полноценный элемент современного арсенала и продолжает развиваться, несмотря на споры, которые его окружают.
Manson подчёркивает, что история Maven — это история о том, как экспериментальный стартап внутри Пентагона стал частью новой эпохи, в которой ИИ перестал быть просто исследовательским инструментом и стал реальным участником войны. Её книга рассматривает и технические нюансы, и внутренние конфликты, и вопросы, которые до сих пор обсуждают учёные, военные и инженеры: где грань между автоматизацией и решением за человека, кто несёт ответственность за ошибки алгоритмов и каким будет мир, в котором армии будут полагаться на ИИ так же, как когда-то на авиацию или спутники.
История Project Maven напоминает классическую сказку Пентагона о том, как маленький эксперимент внезапно становится обязательным пунктом боевой доктрины. В данном случае — с помощью ИИ, которому доверили сортировать видеопотоки и подсказывать цели. Удобно, быстро, почти без участия человека — мечта любого, кто устал от рутины, но почему‑то посвящённая войне.
Сначала проект выглядел безобидным: дроны, картинки, распознавание объектов. До тех пор, пока в эту идиллию не вмешалась этика. Google подключили, Google испугался. Сотрудники устроили протест, обнаружив, что их код стал частью военной машины. Компания выскочила из проекта так же стремительно, как заходит в очередной экспериментальный сервис.
Между тем Maven двигался вперёд. Армии нужен результат, а не дискуссия. Алгоритмы обрабатывали больше данных, подсвечивали больше целей, ускоряли больше процессов. И вот Пентагон уже рапортует о тысячи поражённых объектов за сутки. Темпы растут — вопросы остаются.
В книге Katrina Manson весь этот парад демонстрируется аккуратно, почти хирургически. ИИ как «ассистент», который ничего не решает, но почему‑то всё ускоряет. Люди как «главные операторы», которым только остаётся согласиться с выводами машины. Этика где‑то сбоку — как неудобный чемодан, который все таскают, но никто не открывает.
Так и живёт Maven — символ эпохи, где технологии бегут быстрее совести. И пока обсуждают, кто будет отвечать за ошибки алгоритма, система quietly делает свою работу — часто эффективнее людей.