Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Рифы и пачки / Твоя культура»
Искусственный интеллект (ИИ) ворвался в музыкальную индустрию, и теперь — подписал рекордный контракт на миллионы долларов. Что лейбл на самом деле покупает, если артист – это не человек, а комбинация человека и алгоритма?
СМИ первыми сообщили: звукозаписывающие компании недавно вели переговоры с Xania Monet — на вид обычное R&B-имя, однако за этим проектом стоит не группа людей или даже продюсер, а жительница штата Миссисипи Телиша Джонс. Она пишет тексты сама, а музыку порождает с помощью AI-платформы Suno.
В результате — multimillion-долларовый контракт с независимой компанией Hallwood Media (её основатель — бывший крупный босс лейбла Interscope Нил Джейкобсон). Главный парадокс: часть топовых лейблов от сделки отказалась, когда увидела, насколько зыбка тут правовая почва. Ведь в мире музыки с помощью AI всё чаще обходят авторское право.
Креаторы вроде Джонс могут зарегистрировать свою интеллектуальную собственность: тексты, мелодии, продуманные самостоятельно. Но уровень защиты зависит от того, насколько велико участие ИИ — причём раскрывать этот процент требуется полностью. Слишком много алгоритма — и защита куда-то уходит.
Американское патентное ведомство в этом году выпустило отчёт: если AI — всего лишь инструмент, а ключевые решения принимает человек, то авторские права сохраняются. Но если музыкальные решения делает сама машина, прав не будет вообще. Где эта грань — решать по каждому произведению индивидуально.
Если песня не зарегистрирована как интеллектуальная собственность, запретить её использовать на YouTube или Spotify практически невозможно. Кто получит деньги за онлайн-прослушивания — тоже вопрос.
Monet уверяет: все права на треки и тексты — у неё, ибо творчество на 100% её идея, а платформа — лишь инструмент. Компания Suno подписчикам «премиум»-уровня (к которому относит себя Monet) передаёт все права на созданное. Разорвал подписку — всё равно остался владельцем. Monet параллельно ищет издательского партнёра, а Hallwood Media не комментирует, очевидно опасаясь скользкой темы.
Юристы признают: ситуация мутная. Как понять, где заканчивается творчество автора и начинается работа алгоритма? Даже эксперты пока только замышляют догадки. Платформы типа Suno уязвимы: на них уже подали иски крупные звукозаписывающие компании. Лейбы утверждают: Suno обучалась на чужих песнях, игнорируя права правообладателей.
Suno в ответ говорит — мы лишь анализируем публичные данные, а значит подчиняемся принципу «fair use» (допустимого использования). Пока суды не разберутся, каждая сделка с ИИ-исполнителем — прыжок в неизвестность.
Юристы предполагают: контракты с AI-музыкантами — это попытка поймать хайп, выжать максимум из шумихи и если повезёт, занять нишу на рынке будущего. А вот останутся ли «виртуальные» звёзды надолго, или же они исчезнут после первой волны интереса, — покажет время.
Пока поэтическая подоплёка артистки Xania Monet активно продаётся лейблам за миллионы долларов — в тени остаётся сама суть: артист — это больше, чем просто код со строчками человеческого стихосложения. Всё выглядит так, будто все игроки рынка спешат выдернуть хайпа из сырой колоды ИИ, игнорируя нависающую тучу исков и пробелы в законах. Лейблы делают вид, что их интересует «будущее индустрии», а на деле тестируют обществу, хватит ли у него памяти и вкуса, чтобы полюбить машину. Смешно: лейблы ругаются с Suno в судах, но готовы сделать ставку на созданное этим же сервисом. Вроде как всем понятно: если каждый следующий хит пишет алгоритм, кто вообще получит за это деньги? Смешанные права, плавающие трактовки закона, и размытые перспективы раздела прибыли — вот новая реальность. Остальное — технологический глянец, созданный для того, чтобы о нём говорили на очередном шоу. А что до любви слушателей: закон и машина её не гарантируют, и внезапно даже самые резкие диалоги о будущем — лишь способ сделать очередную волну пресс-релизов о главном артисте, которого никто никогда не увидит на сцене без лишних проводов и апдейтов.