Изменение значений слов ускоряется с возрастом: новые открытия лингвистов

Команда учёных решила устроить словесную революцию в скучнейших коридорах американского Конгресса. Они подкормили искусственный интеллект 7,9 миллионами речей, чтобы узнать — кто же главный тусовщик в мире языка: молодёжь, как все думали, или те самые дяденьки и тётеньки в строгих костюмах? Результаты шокируют: когда слова меняют свои значения, за новизной успевают почти все, включая самых почтенных стариков. Иногда новички-депутаты ещё только поняли, что «satellite» (спутник — политический союзник, а не железяка на орбите), а дед в кресле уже во всю применяет новое значение.

В течение аж 140 лет — с 1873 по 2010 — учёные отслеживали, как менялись значения сотни слов по спичам конгрессменов. Акцент: есть ли разница в скорости, с которой молодые и пожилые политики цепляют новые значения? Стандартная теория говорила: старики — якобы музейные экспонаты, молодёжь — двигатель эволюции языка. Ан нет! Статистика показала: старшие отстают от «пионеров» всего на пару лет. В ряде случаев — даже опережают.

Cложная машинка на основе нейросетей анализировала, как слово «articles» может значить «товары», «законы» и «публикации», когда какой смысл становился модным, а когда отходил. Модель учитывала не только календарный год, но и возраст говорящего.

Анализ доказал: смена смыслов — не результат «передачи эстафеты» между поколениями, а коллективное помешательство, когда все — от 25-летнего новичка до ветерана с поседевшей шевелюрой — начинают иначе понимать одни и те же слова.

Иногда возрастная группа чуть отставала на два-три года, в других случаях пожилые даже первыми осваивали свежие значения. Особо фанатичным новаторов среди бабушек и дедушек отмечали во времена холодной войны со словом «satellite».

Любопытно, но да: перемены касается каждого — даже те, кто думает, что уже давно сдал позиции молодым в языке, продолжают вовсю впитывать тренды. Вот так ваши родители могут всерьёз обсуждать «модель» (теперь — ИИ), а не только пластиковых манекенов.

Вывод прозрачен: старики не музей, они гибки и цепки — в языке все участвуют в коллективном сумасшествии перемен. Правда, есть нюансы: исследовали только взрослых конгрессменов (минимум 25 лет), подростков и «самую прогрессивную» публику не учли. В выборке почти нет женщин и меньшинств — классика политической кухни США разных эпох. Ну и искусственный разум пусть крут, но не волшебник: пару значений, наверняка, упустил.

Авторы намекают: пора делать ещё масштабнее и выходить из капкана Вашингтона к другим языкам и подконтрольным возрастам. Заключение? Возможно, следующий мем объяснит вам не тиктокер, а ваша бабушка.