Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Рифы и пачки / Твоя культура»
Американская певица Chappell Roan снова собрала вокруг себя весь шум индустрии — и сделала это буквально полуголой. На церемонии «Грэмми-2026» она вышла на красную дорожку в собственном прочтении провокационного платья Mugler конца 1990‑х. Тогда культовый дизайнер создал модель с имитацией пирсинга сосков — в 1998‑м это было эпатажно, и, как выяснилось, спустя почти тридцать лет тоже работает.
Сначала Роан прикрылась прозрачным бордовым плащом, который делал образ скорее загадочным, чем вызывающим. Но затем, уже на ковровой дорожке, она эффектно сбросила накидку, демонстрируя откровенный верх наряда. Мировые СМИ сразу начали обсуждать её образ, а в соцсетях вспыхнули баталии о дозволенном, вкусе и свободе самовыражения.
Однако сама певица отнеслась к ажиотажу с неожиданной лёгкостью. На следующий день она опубликовала серию фотографий с церемонии и подписала: «Хихикаю, потому что даже не считаю этот наряд таким уж вызывающим. Образ на самом деле прекрасный и странный. Рекомендую упражняться в свободе воли — это забавно и нелепо». Она поблагодарила Академию и тех, кто за неё голосовал.
Видео Роан с дорожки уже собрало свыше 52 миллионов просмотров в Instagram. Комментарии колеблются от «Люблю её, но это перебор, её забанят?» до «Она просто уничтожила всех этим образом».
На этот раз Chappell Roan присутствовала на «Грэмми» как номинантка и ведущая. В прошлом году она получила награду как лучший новый артист. В 2026‑м на премию были выдвинуты её композиции «The Subway» — в категориях «Лучшее поп-соло» и «Запись года». Победить не удалось: статуэтки увезли Lola Young с треком «Messy» и Kendrick Lamar вместе с SZA за «luther».
Когда Роан выходила вручать награду за лучшего нового исполнителя Olivia Dean, она появилась уже в другом образе — асимметричном платье из светлой шифоновой ткани. Контраст с предыдущим нарядом получился таким же ярким, как и вся её карьера последних двух лет.
Chappell Roan снова доказала, что мода — лучший способ проверить нервную систему общества. Пока она спокойно позировала в своём обновлённом Mugler, толпа зрителей носилась между восторгом и страхом бана.
Певица делает вид, что не понимает, почему её наряд стал сенсацией. Такой жест — изящный и удобный. Проще прикинуться человеком, который просто «хихикает», чем объяснять, что любой скандал на ковровой дорожке — это тяжёлая валюта.
Публика же честно делилась на лагеря. Одни пытались высчитать уровень приличия, другие занимались визуальной гимнастикой, пытаясь найти хоть что-то, что ещё можно снять. Обе стороны играли свою роль — и обе работали на то, чтобы 52 миллиона просмотров собрались быстрее, чем новости о победителях премии.
Грустный парадокс: статуэтки в этот вечер забрали Lola Young и Kendrick Lamar, но обсуждают всё равно тот кусок ткани, который едва ли можно назвать одеждой. Номинации растворяются, когда рядом появляется модный трюк.
Когда Роан вышла на сцену вручать награду в скромном шифоновом платье, это выглядело как попытка вернуть уважение аудитории. Классическая тактика — сначала шокируешь, потом делаешь вид, что ты образец сдержанности.
И публика, конечно, хвалит. Делает вид, что разглядывает музыку, а не очередной эпизод реалити‑шоу, где платье играет главную роль. Вечер снова доказал — в поп‑культуре одежда часто весит больше наград.