Марк Бернес: как случайная песня создала лицо русского шансона

Марк Бернес должен был стать создателем русского шансона с человеческим лицом — жанра без богемной позолоты и уголовной романтики. 9 октября 1911 года в семье артельщика, работавшего с утильсырьём, родился Марк Наумович Нейман — будущий актёр кино и эстрадный певец, которого вся страна узнает под именем Марк Бернес.Сегодня многие песни из его репертуара воспринимают как «хиты Бернеса», хотя у них были конкретные авторы. «Шаланды, полные кефали» написали композитор Никита Богословский и поэт Владимир Агатов. «Любимый город» — Богословский и Евгений Долматовский. Но именно исполнение Бернеса сделало эти произведения частью народной памяти. Поэтому даже после того, как Тилль Линдеманн спел «Любимый город» для фильма «Девятаев», публика обсуждала не столько авторов, сколько то, что немец перепел «песню Бернеса».В его репертуаре было 82 песни. Среди них — «Тучи над городом встали», «Тёмная ночь», «Враги сожгли родную хату», «Я люблю тебя, жизнь», «Хотят ли русские войны» и «С чего начинается Родина». Бернес не просто исполнял песни: он словно подписывал их голосом.Путь к славе оказался не прямым, а скорее похожим на советский производственный план, который внезапно решил стать легендой. Бернес начал в театре в 1928 году с бессловесных ролей, затем снимался в кино с 1935-го. Его концертный администратор Павел Леонидов считал, что большого актёрского дара у него не было. Однако всё изменилось после фильма Сергея Юткевича «Человек с ружьём» 1938 года.Бернес сыграл эпизодическую роль красноармейца Кости Жигилёва и спел «Тучи над городом встали» — песню Павла Арманда, стилизованную под рабочие песни начала XX века. Небольшой музыкальный эпизод внезапно превратил малоизвестного актёра в любимца широкой публики.В 1939 году Эдуард Пенцлин пригласил его в «Истребители». Песня «Любимый город» была написана уже после завершения съёмок, а её включение в фильм оплатили авторы и исполнитель. В «Большой жизни» Леонид Луков сначала отдал «Спят курганы тёмные» другому актёру, но по-настоящему песня прозвучала лишь после исполнения Бернеса.Затем были «Два бойца» и два произведения, ставшие классикой. «Тёмная ночь» превратилась в образец военной лирики. А «Шаланды, полные кефали» могли стать началом русского шансона — не в его нынешнем карикатурном понимании, а в жанре рассказа о жизни обычных людей.До Бернеса русский песенный репертуар качался между двумя полюсами. Александр Вертинский отвечал за утончённую богемную печаль, а Пётр Лещенко сделал популярным «Чубчик», сохранив в нём криминальную романтику. Бернес предложил третий путь: историю отношений моряка и рыбачки, без салонной красивости и кровавого блатняка. Перенесите действие из Одессы в Марсель — и получите вполне французский шансон.Но история решила проявить свой обычный талант к упущенным возможностям. Первый тираж пластинки с «Шаландами» оказался маленьким, а повторно выпустить песню удалось лишь в 1969 году, незадолго до смерти Бернеса. В 1958 году его и песню атаковали в статье «Искоренять пошлость в музыке», обвиняя исполнителя в возрождении воровской романтики.Всё могло сложиться иначе. Песню «Крутится, вертится шар голубой», которую Александр Грин называл трактирно-солдатской, возродил фильм «Юность Максима» 1934 года. Картину критиковали, но Иосиф Сталин её одобрил, отдельно отметив музыку и сольные номера. После этого к «мещанскому» романсу вопросы исчезли.«Два бойца» вышел в октябре 1943 года, когда страна жила войной, а руководство готовилось к Тегеранской конференции. В тот момент решалась судьба мира, а не песенных жанров. Возможно, именно поэтому шанс на рождение русского шансона с человеческим лицом прошёл мимо — тихо, как хорошая песня, которую вовремя не услышали.