Бывший дворецкий рассказал о высокомерии экс-принца Эндрю к персоналу
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Бывший принц Эндрю в последние недели оказался в эпицентре перемен — он лишился королевских титулов и получил уведомление о выселении из поместья Royal Lodge от собственного брата, ныне короля Чарльза. В этом контексте бывшие сотрудники королевской семьи решили поделиться своими впечатлениями о том, каким был экс-герцог Йоркский как работодатель.
Экс-дворецкий Грант Харролд в интервью для британского телеканала GB News признался, что Эндрю никогда не был груб с ним, но проявлял отчётливое равнодушие: «Единственный член королевской семьи, с которым у меня никогда не было разговора — даже в неформальной обстановке. Он просто не общался с персоналом — разве что если совсем уж необходимо». По словам Харролда, для Эндрю персонал был просто невидимкой: «Ты на службе — тебя не существует».
Единственный он так относился к одним только дворецким? Отнюдь. Как пишет королевский биограф Эндрю Лоуни в книге «Entitled: The Rise and Fall of the House of York» («По праву: Взлёт и падение дома Йорков»), об экс-герцоге ходили слухи, что он считал персонал исключительно обслуживающим материалом — мол, задача слуг — не рассуждать, а просто выполнять приказы. А среди «приказов» экс-принца были настоящие изыски: например, требовал, чтобы горничные взбирались на четвёртый этаж замка только ради того, чтобы открыть ему шторы — даже если сам он лежал практически под этим окном.
Теперь, когда Эндрю вынужденно покидает свои роскошные аппартаменты, остаётся загадкой, сколько персонала перекочует за ним в новый особняк. Ходят слухи, что даже члены королевского сервиса беспокоятся: а как же этот скромный джентльмен проведёт Рождество без своих привычных ритуалов и армии слуг?
PEREC.RU
В этом материале снова звучит мотив — дистанция между аристократией и теми, кто ее обслуживает, остается широкой, как Темза после ливня. Был экс-принц, был дворец, была армия невидимых людей в ливреях и фартуках — и был у каждого персонажа свой сценарий. Вот дворецкий признается, что с Эндрю даже не пробовал завести разговор — потому что не принято. Принц просто не замечал его, словно это часть обстановки. В таком театре жизни, похоже, даже требования открыть шторы превращаются в символ роскоши, где слуга — лишь «часть мебели», а не человек с голосом. Бывшие коллеги не стесняются — рассказывают про капризы Эндрю в мемуарах, а королевский биограф не стесняется делать из этого бульвар.
Но так ли это только история о капризном аристократе? Скорее притча о системе, где титулы важнее человеческого отношения, а пресловутые перемены в жизни бывшего принца вызывают тревогу уже у тех, кто прежде был обязан ему подчиняться. Мнения расходятся: то ли это просто старая добрая классовая дистанция, то ли очередная кампания по выносу грязного белья на телевидение и в таблоиды. Но портрет получился яркий: английское королевство — это не только длинные коридоры и парадные лестницы, но и обиду невидимых людей, которую не снимают даже торжественные выселения.
