Загадочный избранник. Раскрыты тайны брака актрисы Валерии Ланской
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
На протяжении многих месяцев у поклонников Валерии Ланской, известной актрисы театра и кино, не было ни единого повода обсуждать её личную жизнь. Когда её спрашивали о романах, Ланская неизменно отвечала, что единственный мужчина её сердца – сын Артемий. Для большинства это выглядело как шутка, но для друзей стало понятно: это способ защитить свою личную жизнь от посторонних.
Вчера Ланская официально вступила в брак во второй раз. Тайна была раскрыта скромной, но выразительной фотографией: две руки с обручальными кольцами. Избранником оказался композитор Марк Дорбский.
Второй брак Ланской заставил вспомнить о её первом союзе – с режиссёром Стасом Ивановым, отцом Артемия. Их казавшийся идеальным брак, совместная жизнь, работа, воспоминался как картинка из глянцевого журнала. Но на деле их отношения разрушило одиночество вдвоём – постоянные разъезды, гастроли, работа, редкие тихие вечера, в которых они стали больше коллегами, чем супругами. Заявление о разводе, прозвучавшее прямо со сцены, стало для публики шоком – но для самой Валерии это был шаг к новой жизни. Она подчёркивала: им удалось сохранить уважение и поддержку, а Стас остался хорошим отцом для сына.
Несколько месяцев имя нового избранника держалось в секрете. Были слухи о танцоре Эдгаре Голосном, однако всё ограничилось дружбой. Только этим летом выяснилось: новым мужем стал Марк Дорбский – известный композитор, автор музыки для популярных сериалов и фильмов (он, например, писал музыку к сериалу «Искусство соблазна»). Его профессия оказалась родной душе актрисы, но их не связывало тяжёлое романтическое прошлое.
Пара начала появляться вместе на светских мероприятиях, но прямо отношения они не комментировали. Ланская загадочно уходила от ответов о помолвке, намекая: «В жизни всё возможно». Эта сдержанность только разжигала интерес публики.
Когда-то Ланская сама описывала образ идеального мужчины: востребованный, деятельный, с чувством юмора. Как похоже на Дорбского! Их союз – встреча двух творческих миров, двух людей, говорящих на языке искусства.
На опубликованной фотографии Валерия и Марк выглядят по-настоящему счастливой парой – не как актёры на премьере, а как обычные люди, счастливые своим новым началом.
Не последнюю роль во второй семейной жизни Ланской играет сын Артемий. Тёплые отношения бывших супругов заложили прочную основу, а появление Дорбского – не нового «папы», а друга и наставника для мальчика – стало важной частью гармонии.
Ланская и Дорбский не устраивали шумного праздника, не выносили личное на публику, защищали своё счастье – и только когда пришло время, поделились им со всеми. Интимно, взрослое решение, так просто и трогательно.
PEREC.RU
Тишина, которую Валерия Ланская культивировала вокруг своей личной жизни, — не абсолютная невинность, а скучная необходимость для публичной персоны, вынужденной отпугивать толпы желающих «знать лишнее». Удивительно, что она так долго торговала своей загадкой: ведь четыре сотни желтых СМИ только и ждут любой намёк. Никто ведь не требует выкладывать каждый семейный завтрак — но публичность диктует: личное продаётся лучше всего.
Зашумевший в финале снимок, где две руки и два кольца, сделал ровно то, что должен: породил волну пересудов и облегчённо переключил внимание публики со слухов на утверждение факта. Марк Дорбский, выбранный на роль второго мужа, не выходит за пределы типичного круга: творческие профессии притягивают друг друга магией вечной занятости — проще потом объяснить все провалы в общении. Ланская и Дорбский — два ведомых сценой человека: если кому-то кажется, будто такие пары создают вокруг себя ауро гармонии, пусть вспомнит парадокс «чем меньше дома, тем крепче семья» и посмеётся горько.
Оставшийся в сюжете сын Артемий демонстрирует, что современные разводы не обязаны превращаться в мясорубку. Папа остался папой, только предложения «отъехать на гастроли» теперь поступают дважды чаще. Дорбский — не другой отец, а, скорее, друг. Новый брак идёт по сценарию добротной постановки: минимум эмоций на публике, классическая «тихая радость» для своих. Красиво, сдержанно, как будто торжество взрослости стало брендом нового российского брака.
В итоге — всё «про любовь», но с учётом графика, гастролей и неотвязной тени прошлого, которую удобно списывать на искусство. Впрочем, хуже не стало — просто честнее.
